Есть много разных хороших профессий в мире: пекарь, кузнец, портной и так далее, перечислять можно долго. А я, по воле случая, выбрал участь темного мага. И это не значит, что я пью кровь младенцев за завтраком и провожу всякие ритуалы. Моя работа — защищать мирных людей от посланцев темных богов.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
-Атраме это место не нравится, давайте уйдём? – жалобно попросила меня слизень на полпути.
-Если хочешь, можешь вернуться и присмотреть за Риппи, – пожал плечами я, не переставая внимательно следить за округой. Гвардейцев и стражи тут было, как деревьев в лесу.
Слизень вспомнила, как её подруга рыдала и рвалась с нами. Меня, конечно, обрадовало, что пернатая перестала играть в бормоталки с самой собой, но взять ребёнка на столь опасное мероприятие – сущее безумие. Если бы с ней что-то случилось, я бы себе не простил. Поэтому мы договорились с хозяевами таверны, чтобы они присмотрели за малышкой, а завтра с утра вывели Риппи из города, где мы бы её подобрали.
-Нет, я тебя не оставлю, дорогой! – после недолгого молчания, определилась Атрама и больше ни на что не жаловалась. Но её лицо выглядело так, будто у неё болел живот. Что же они все такое чувствуют, что не можем уловить ни мы с Диком и Кристианом, ни Тия с Санией?
Наконец наш отряд добрался до входа. Там нас уже ждала единорог. Я не видел её лица под капюшоном плаща, в который закутала девушку суккуба, но мог поклясться, что сейчас на её губах играла улыбка облегчения и счастья.
Не дожидаясь приглашения, мы прошли внутрь. Там оказалось очень просторно и так же темно. Видят боги, даже в некоторых склепах и то светлее! Этот обманчивый и изменчивый сумрак, царивший повсюду, заставлял напряжённое воображение повсюду рисовать опасность. Так и свихнуться недолго. Не прибавляло спокойствия и трепещущее пламя десятков свечей, горевших в канделябрах, висящих на скобах на колоннах и стенах. А так же запах… пахло ладаном, воском, немного травами и ещё чем-то, что я никак не мог разобрать.
-Эрик… – внезапно раздавшийся под боком голос Сании сбил меня с размышлений о странном, неизвестном запахе.
-Да, чего? – рассеяно спросил я.
-Я… я боюсь, – шепнула та, прислоняясь щекой к руке.
-Всё в порядке, мы же с тобой! Ни я, ни, тем более, Тия не дадим тебя в обиду, – поспешил заверить я девушку, но, судя по блеснувшим в темноте глазам – был неправ. Единорог опасалась чего-то другого.
-Свадьба… это же с человеком, которого ты любишь. А я его совсем не знаю… – пояснила Сания, вцепившись в мой рукав не хуже клеща. – А я и вправду должна потом… исполнять долг?
-Ахаха, – мне не удалось сдержаться и не рассмеяться. – Это же всё понарошку! Ты никому ничего не должна. Но, пожалуйста, постарайся сыграть как можно лучше. Нам нужно…
Я не успел закончить, так как из дальнего закутка появилась незнакомая женщина с толстенной книгой подмышкой и традиционной робе Ордена. Она была невысока, полновата с небольшим носом, усыпанным веснушками и ворохом тёмно-каштановых кучерявых волос. Такой образ у меня всегда ассоциировался с «весёлыми толстушками». Тот тип девушек, с которыми приятно отдохнуть за кружкой пива в шумной компании, не опасаясь, что дела примут непристойный оборот.
Она окинула нас всех взглядом и о чём-то поинтересовалась у Марселя. Тот ответил, и затем послушница заявила, что Сания не одета. Я похлопал стоящую передо мной девушку по плечам и помог стянуть плащ.
Дальше начался обряд, и нас попросили постоять в сторонке до его завершения, что, впрочем, меня вполне устраивало. Так послушница точно не заметит, как я выделываю пасы руками. Ааа, проклятье, до чего этот шёлковый костюм неудобен! Он жалобно стонет при каждом движении, и мне кажется, что ткань вот-вот разойдётся по швам. Нельзя было поддаваться на уговоры Тии и идти на дело в неразношенной одежде.
Впрочем, довольно скоро меня это перестало заботить, как и практически всё в этом мире. Я вслушивался в собственные ощущения, одновременно разбрасывая по залу невидимые обычному глазу нити-паутинки. Каждая их них, подобно настоящей паутине, прилеплялась к первой попавшейся поверхности и повисала в ожидании «движения». А «движением» в данном случае служило любое дуновение тёмной магии, даже самое ничтожно малое. Но ничего не проявлялось. Я прощупал каждый подозрительный предмет во всём соборе, начиная от статуй и Ковчега, заканчивая стёклами витражей и колоннами.
