Отсюда и пошло моё прозвище. А по поводу телекинезиса – сам не имею ни малейшего представления. Думаю, это связано с кинжалом Малисиерры. Возможно, какая-то частичка Люсиль перекочевала в меня за счёт магии дриады. А Феникс тогда смог её использовать, чтобы сохранить мою жизнь. У него в этом свой интерес.
-М-да… Не мне одной не везёт, – улыбнулась Тия, похлопав меня по плечу. – Спасибо, что рассказал. А теперь, давай спать.
*
Мне уже почти удалось заснуть, когда кто-то тихонько пихнул меня в бок. Этим «кем-то» оказалась неугомонная суккуба. Ей вновь приспичило устроить любовные игрища. Хотя в этот раз я был совершенно не против. Стоило хоть немного отвлечься и расслабиться после произошедшего, а то мы все напоминали натянутые до предела струны, которые могут порваться от любого дуновения ветра.
Не знаю, что послужило тому причиной, но этой ночью у нас всё получилось как-то необычайно нежно и романтично. Не было той остервенелой страсти, с которой Тия обычно набрасывалась на меня и не отпускала, пока не утолит свою жажду до конца. Сегодня между нами властвовало полное взаимопонимание.
А когда мы в обнимку улеглись у догоравшего костра, она положила голову на мою грудь и тихонько засопела. Но сон не шёл ко мне. Я кое-что недосказал.
-Тия.
-Да?
-Мне надо признаться кое в чём.
-?
-Теперь, когда мы связаны пактом, я не умру молодым.
-И что?
-А это значит, что Феникс до меня когда-нибудь доберётся. Мне грозит то же, что и тебе.
-Тебе страшно?
-Нет. Я найду способ решить эту проблему.
-Обещаешь?
-Да, любимая.
-Ну, вот и ладушки! А теперь давай спать, любимый…
*
В последнее время хреновые пробуждения стали у меня нечто вроде жизненного кредо. Я с большим трудом разомкнул тяжёлые веки и попытался подняться на локте. В голове тут же завелась стая ёжей, которые с остервенением принялись носиться по ней и колоть своими иглами изнутри. Мир перед глазами завертелся в цветном калейдоскопе и меня чуть не вырвало. Во рту будто кошки ночевали, лёгкие и горло горели огнём, а всё суставы ломило, как после трёх смен в каменоломне. Жутко хотелось пить. Но для того, чтобы напиться, нужно пошевелиться, а это не в моих силах, пока я не сделаю хотя бы один глоток воды. Замкнутый круг.
Однако кое-какие интересные факты мне удалось подметить даже в текущем плачевном состоянии. На дворе стояло раннее утро, о чём свидетельствовали яркие лучи солнца, медленно выползающего из-за водной глади. Откуда-то издалека снизу доносился размеренный гул прибоя, а над головой у меня находилась далёкая крона неизвестного мне дерева.
Облизав растрескавшиеся, пересохшие губы, я пересилил себя и одним резким движением сел.
Итак, судьба занесла меня на небольшой, продуваемый всеми ветрами каменный козырёк, усыпанный покрытыми мхом валунами размером с человека, побегами какого-то ползучего растения, мясистой травой с пахучими сизыми цветками. Здесь было не в пример теплее, чем на корабле. Можно сказать, что царила настоящая жарища, влажная и удушающая. Только благодаря этому факту дующий с моря промозглый ветер не наградил меня воспалением лёгких. Дорогу вглубь леса перегораживали вылезшие из камня исполинские корни деревьев-великанов, вздымающихся к небесам. Никогда раньше в жизни мне не приходилось видеть столь странные и огромные растения. Даже то, что выросло из кинжала дриады, казалось крохотной тростинкой в сравнении с этими громадинами. С далёких ветвей вниз свисали какие-то зелёные лозы, похожие на корабельные канаты и начисто лишённые листьев. Судя по открывающемуся отсюда виду, я должен находиться на высоте пары миль, над морем.
Отлично, с окружением разобрались, теперь нужно вспомнить, а как меня вообще угораздило здесь оказаться…
Ощупав раскалывающуюся на части голову мне удалось выяснить причину столь ужасного самочувствия – пальцы наткнулись на огромную шишку. Нечто непомерно твёрдое вновь испробовало на прочность мою ни в чём не повинную черепушку. Та, к счастью, выдержала, и я не отправился в Бездну. Но вот когда и обо что мне «повезло» так приложиться оставалось загадкой. Последние события, витавшие в затуманенном обезвоживанием и болью сознании – как мы отчаливаем из порта. А затем – пробел – все попытки заполнить который повергались в прах воспалённым мозгом, просто-напросто отказывающимся работать как надо.
Ладно, вспоминать, как меня угораздило оказаться в столь странном местечке, буду когда хоть чуть-чуть приду в себя. А сейчас необходимо решить самую насущную проблему. То есть напиться вдоволь.
Перестав размышлять об абстрактных вещах и озаботившись непосредственно тем, что находилось вокруг меня, я с удивлением заметил, что нахожусь здесь не один. Примерно в дюжине шагов, прячась в изгибе выдранного из скалы корня, сидел тёмный плечистый силуэт, увлечённо разглядывающий что-то перед собой на земле. Только сейчас до меня дошло, что я целиком голый. Моя одежда была разложена рядом, хотя видок у неё был изрядно потрёпанный. Тут же лежал мой клинок с ножнами. А вот амулетов нигде не наблюдалось.
