домишки спереди резко распахнулась, выплюнув троицу закутанных в чёрные балахоны субъектов. Их точные копии, но в количестве пяти штук перекрыли выход из этого каменного мешка.
Ни слова не говоря, грабители скользящим шагом двинулись на нас. Даже классического: «кошелёк или жизнь!» не последовало. Ох, чует моё сердце, что цвет нашей крови их интересует гораздо больше, чем содержимое карманов.
-К-к-кто вы такие и что вам н-н-нужно!? – истошно завизжала Амака, прячась за тетрадкой, будто это был башенный щит. – Предупреждая я-я-я – член Ордена! В-в-вот моя эмблема.
-Эрик! – внезапный оклик Тии ударил меня, как кнут, заставив инстинктивно отпрянуть назад. И слава Всеединым, ведь стой я на месте, то мои внутренности бы увидели дневной свет. У нападающих на нас имелись не только острые железяки. Мой взгляд впился в отливающие тьмой острые, как бритва, когти.
-Демоны! – прошипел я, удивившись собственному голосу. А тело, не посовещавшись с мозгом, уже начало действовать само по себе. Правая рука упала на рукоять меча, но безбожно опаздывала, так как тварь уже замахнулась, собираясь научить меня дышать через горло. Зато левая не растерялась и за доли мгновений сложила простенькое заклинание, обездвижившее оппонента на пару секунд. Таким я ещё когда-то пытался накрыть Тию при нашей первой встрече в Мёртвом лесу. Но в этот раз противник попался далеко не такой расторопный. Выходец из Бездны застыл, как истукан. Его товарищ тут же бросился на меня, посчитав беззащитным. Не знаю, насколько эти существа разумны, но мне показалась, что в этих светящихся глазах мелькнуло удивление, когда его размазало по ближайшей стенке. Правда, такое использование телекинеза выпило практически все мои силы, а врагов всё ещё было двое. Из-за спины доносились звуки битвы, так что ни на чью помощь рассчитывать не приходилось.
Обе твари перестали бездумно бросаться на меня, скинув с себя рваные чёрные балахоны, и я наконец смог их нормально разглядеть.
Худые до такой степени, что кости выпирали у них, натягивая серую шкуру (назвать это кожей язык не поворачивался), четырёх с половиной локтей ростом. Лица, похожие на черепа, с узкими жёлтыми глазами, излучающими жутковатый свет и редкими волосами, собранными в хвосты, смахивающие на конские. Ещё мне запомнился запах корицы, тмина и черёмухи, который исходил от этих тварей.
Прошипев что-то своими оскаленными пастями, демоны двинулись на меня, шевеля чёрными изогнутыми когтями и издавая скрежетание, будто точильным камнем по мечу водишь. От этого звука мои челюсти свело до боли.
Они разделились, обходя меня с двух сторон по кругу. Сзади послышался хрустящее «ХАК» с которым обычно тяжёлый клинок рассекает плоть и кости, за ним раздался краткий вскрик боли, а потом глухой звон удара лезвием по тяжёлому доспеху.
Существа, вновь зашипев, прыгнули с двух сторон прямо на мою голову. Одного сбило наскоро сотворённым заклинанием, оставившим на его плече дымящееся отверстие, а от второго я надеялся заслониться своим оружием. Но этого не понадобилось. Мелькнул расплывчатый от скорости силуэт, врезавшийся демону в грудь и снёсший его куда-то дальше. Моя задача немедленно облегчилась в разы. Увернувшись от неуклюжего выпада сбившегося с траектории полёта противника, я, не глядя, полоснул в ответ. Налитый остатками моей магической силы меч, не встречая никакого сопротивления, распорол ему всю левую часть груди. Но, несмотря на зияющую открытую рану, похожую на вторую пасть с белёсыми клыками перерубленных ребёр, демон, истекая чёрной кровью, приземлился на четвереньки и попробовал вцепиться в мою ногу.
Я бесстрастно отправил тварь обратно в Бездну, одним взмахом лишив головы. Люблю магические игрушки!
Теперь, когда моя тушка наконец-то в относительно безопасности, можно спокойно оглядеться и посмотреть, не нужна ли кому-то помощь.
Вторая из напавших на меня тварей конвульсивно дёргалась в объятиях Атрамы (именно слизень тогда спасла мою шкуру) и, похоже, вот-вот собиралась отправиться за своими собратьями. Сзади уже валялось три трупа – один разрубленный почти пополам, двух других будто исполинская корова пережевала. Разгадка такого плачевного состояния находилась совсем рядом. Хина, будто заводная машина гномов, осыпала последнего живого неприятеля градом ударов, которые (уверен!) могли превращать в пыль даже мраморные колонны. Все потуги неприятеля ответить хоть чем-то разбивались о прочную, точно алмаз, чешую даконши.
Но затем я заметил то, что мне совсем не понравилось. Тия, бледная словно смерть, лежала на земле. Её лицо было искажено гримасой боли, а Сания и Амака пытались что-то делать с кровью, хлещущей из разорванного горла суккубы. Дело, судя по всему, принимало скверный оборот.
Убедившись, что и слизень, и Хина своих противников втопчут в грязь без моей бесценной помощью, я поспешно подошёл к хлопочущим над раненной единорогу и магичке.
Демоница, увидев меня, слабо улыбнулась.
