Есть много разных хороших профессий в мире: пекарь, кузнец, портной и так далее, перечислять можно долго. А я, по воле случая, выбрал участь темного мага. И это не значит, что я пью кровь младенцев за завтраком и провожу всякие ритуалы. Моя работа — защищать мирных людей от посланцев темных богов.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
с демоницей ринулись к выходу из комнаты, чуть ли не сбивая друг друга с ног. Она всё же меня обогнала и буквально снесла дверь с петель, вместо того, чтобы её открыть. Я отставал на пару шагов, решив не состязаться с суккубой в скорости.
Пролетев половину дома, будто на крыльях, и чуть не покатившись кубарем по лестнице, мы влетели в гостиную. Тия так сильно пнула входную дверь, что та оглушительно хлопнула о стену, лишившись одной петли, и сиротливо перекосилась, поскрипывая оставшейся.
Нашим глазам предстала следующая картина. Хина всё так же лежала на подстилке. Драконшу бил сильный озноб, и она металась во сне, изредка издавая рычащие звуки. А вот единорога нигде не было. Зато имелась Атрама. Лицо слизня выражало полнейшее непонимание и замешательство, а сама она непрерывно пялилась в камин, из которого доносились всхлипы и неразборчивое бормотание.
-Что случилось, что ты сделала!? – тут же набросилась на склизкую Тия, которая ради своей подруги была готова порвать кого угодно на гексаграмму.
Та совершенно растерялась, мокрой тряпкой повиснув в руках суккубы. Был бы на месте монстра я – моя голова бы оторвалась от такой бешеной тряски, не говоря уж о том, что женщина сломала бы мне ключицу. Атраме, к счастью, подобным повредить нельзя.
-Тия, успокойся! – почти на ухо крикнул я демонице. Это подействовало не хуже удара пыльным мешком по голове, суккуба отпустила девушку и повернулась ко мне с лёгкой искоркой испуга в глубине багрового огня зрачков. – Неужто ты действительно решила, что Атрама хоть как-то навредит Сании?
Тия смутилась. Слизень скорее сама в пламя бросится, чем сделает нечто плохое тем, кого считает друзьями.
-Атрама ничего!.. – наконец-то подала голос склизкая. – Атрама следила за больными, как дорогой сказал! Она проснулась, увидела меня и… – на этом девушка прервалась, разрыдавшись.
Три женщины в истерике за неполных полторы минуты. Ай да Эрик, ай да молодец!
Тем временем, суккуба намерилась заглянуть в камин, но я остановил её, начиная догадываться, что стряслось. Если мои мысли верны, то вид демона может ещё сильнее осложнить и без того непростую ситуацию.
-Извинись лучше перед ней, – кивок в сторону склизкой. – А я разберусь с Санией.
Та открыла рот, чтобы возразить, но увидев мрачное, серьёзное выражение моего лица резко передумала, уступив дорогу.
Я заглянул внутрь узкой кирпичной конструкции, куда мог влезть разве что ребёнок. Он оказался на удивление глубоким. И там, внутри, свернувшись калачиком, обхватив острые коленки и мелко трясясь, сидела Сания. Внешне она не поменялась – те же роскошные серебристые волосы до пят, светлая кожа, перламутровый рог, тонкие и изящные руки и ноги, ситцевый сарафан простенького покроя, купленный ещё в Латанбурге.
Но сейчас я смотрел не на шестнадцатилетнюю девушку, прошедшую со мной вместе огонь воду и медные трубы, вытащившую меня с края Бездны, а так же целовавшуюся с моей бывшей однокашницей и не побоявшуюся сразиться один на один с повелительницей кошмаров. Перед моим взором предстала маленькая, испуганная девчушка, которой с горем пополам можно было дать девять лет. Болезнь, терзавшая подругу Тии сыграла с нами злую шутку, сожрав чуть ли не половину её жизни за один присест. Мало того, что это сейчас превратится в огромную головную боль, так ещё и участь Хины становится весьма незавидной. Суккуба, конечно, сделала, что смогла, но с раздробленными в муку костями и ужасающими ушибами драконши способен совладать только умелый целитель.
-Привет! – сквозь свои мрачные мысли, я всё же смог выдавить дружелюбную, но совершенно неуместную в данной ситуации улыбку. – Меня зовут Эрик, а тебя, малышка?
