Есть много разных хороших профессий в мире: пекарь, кузнец, портной и так далее, перечислять можно долго. А я, по воле случая, выбрал участь темного мага. И это не значит, что я пью кровь младенцев за завтраком и провожу всякие ритуалы. Моя работа — защищать мирных людей от посланцев темных богов.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
шипящий от боли на каждом шагу. Всё это происходило на мушке сразу пяти арбалетов, так что тут особо не развернёшься.
Дезертиры негромко переговаривались между собой, обсуждая, как им повезло нарваться на таких олухов. А под конец пути один из двух пеших, тот, что был без оружия, нагнал нас, дёрнул на себя среброволосую за руку, поднял её лицо за подбородок и щербато ухмыльнулся. Он был уже не молод со шрамом на щеке и лбу и густой щетиной.
-Слуште, это ж девка! – сказал он, и его напарник подался вперёд. – Только странная какая-то. Бледная и рог торчит. Демон?
-Не похожа, – ответил тот, приглядываясь. – Нелюдь какая-то. Их тут – что клопов в занюханной ночлежке. Но симпотная.
-Угу, – мне не нравилось то, к чему это шло. – Эй, капитан, можно мы с ней на десять минут в кустики?
Офицер был мне ровесником. Белобрысый с песочного цвета глазами и физиономией мелкого дворянина. У таких нету величественных черт графов и герцогов, зато гонору хоть отбавляй. Наверняка маменькиного сыночка отправили служить куда-нибудь в тихое местечко, а когда началась война, он наложил в штаны и сбежал вместе со своими людьми – такими же бесчестными ублюдками, как и он сам.
-Делай что хочешь, Кровен, но только быстро и не увлекайся, – поджав губы, сказал капитан, делая вид, что выше подобного. Хотя сам то и дело бросал плотоядные взгляды на девушку.
Тот подобострастно кивнул, облизал обветренные губы, и они с напарником потащили за собой протестующе мычащую, упирающуюся Санию куда-то вбок, немедленно исчезнув в тумане. Я, было, подался за ними, но сухо щёлкнула тетива, и прямо перед носом мелькнул болт.
-Вперёд, живо.
Фургоны появились в поле зрения буквально через две дюжины шагов. Первый оказался придавлен упавшим деревом, остальные утыканы стрелами. Из пяти десятков цыган уцелело около трёх, но многие были ранены. Их как раз закончили связывать и выстроили на коленях в две шеренги на обочине. Дезертиров я насчитал примерно столько же. У каждого по луку или арбалету, так что о побеге можно и не думать – шаг не успеешь сделать, как превратят в ежа.
-Постой, маг.
-Мне понятны твои чувства, но разве ты сможешь их всех одолеть за один присест? Со связанными руками и заткнутым ртом – вряд ли. Даже если положишь дюжину, дальше что? Нас просто нашпигуют стрелами, – он продолжал говорить, сбивая меня, а так же остужая пыл. – Потерпи немного. Возможно, представится более удачный случай.
Барон был прав, демоны меня раздери, тысячу раз прав! Но потому уже будет поздно! Эти свиньи, они!.. Сания!
Кусты за спинами нападающих затряслись, и раздался звук трескающихся веток, будто сквозь них ломился медведь. Самые ближние с перепугу развернулись и дали залп. Десяток стрел и болтов исчезли за зелёной стеной. Движение прекратилось.
А затем оттуда выскочило нечто, которое ударом двух кулаков сразу же отправило в Бездну двоих дезертиров, перезаряжавших свои орудия. Вторые ряды тоже выстрелили, но безрезультатно – снаряды отлетали от шкуры чудовища, будто то было облачено в лучшие стальные доспехи.
Это походило на театр теней – я не мог разглядеть людей и то, что крошило их, но видел вполне чёткие силуэты
