Есть много разных хороших профессий в мире: пекарь, кузнец, портной и так далее, перечислять можно долго. А я, по воле случая, выбрал участь темного мага. И это не значит, что я пью кровь младенцев за завтраком и провожу всякие ритуалы. Моя работа — защищать мирных людей от посланцев темных богов.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
лихорадочно размышляя о том, что бы мы могли упустить.
-Да, мэтр. Уверена. И нет, у нас нету канализации, Карс – маленький городок, – кусая губы, ответила она.
-Что же я упускаю!? Не может быть такого могущественного и сложного заклинания без подпитывающей фигуры. И твой трактир мы проверили снизу доверху.
-Похоже, всеединые покинули нас. Даже преподобный Френсис куда-то подевался…
Я тупо уставился на неё, как будто в первый раз увидел. Роза оглянулась, думая, что у неё за спиной что-то есть, а потом вновь посмотрела на меня. В её глазах стоял немой вопрос.
-Ты – не только красавица, но ещё и гений!!! – моя внезапная перемена в настроении заставила девушку отступить на пол шажка назад. – Ну, конечно же! Единственный дом, который мы ещё не проверили – часовня!!!
Галопом проносясь по пустынным, вымощенным прогнившей брусчаткой улицам, я даже не подумал оглянуться, следует ли за мной Роза или нет. Даже громадный замок на дверях меня не остановил – ещё на подходе мой разум, без моего участия сплёл «напильник». Когда расплавленная железка упала к моим ногам, я толкнул дубовые ворота в два человеческих роста. Они бесшумно отворились.
Внутри оказалось оглушительно тихо. Пахло воском, дешёвыми благовониями и застарелой кровью. Все скамейки были измолоты в труху, а в центре продолговатого зала с высокими сводчатыми потолками умелой рукой был выведен сложнейший символ. И даже не один. Посередине ржаво-красных линий лежало тело священника. Несмотря на то, что ему было больше десяти дней, оно не начало гнить, а множественные колотые раны выглядели свежими.
-Бедняга… – не удержался и прошептал я, оглядывая место зверского убийства.
А потом спешной походкой направился к телу. Наклонившись и внимательно рассмотрев молодое, вполне привлекательное лицо местного священника, я без всякой брезгливости взял его за руки и оттащил к святилищам всеединых, находившимся в конце зала. Труп ещё несколько секунд там полежал, а потом магия, поддерживающая его в таком состоянии, лопнула, как натянутая струна, и он рассыпался прахом.
-Надеюсь, в Бездне тебя ждёт покой.
Как говорится: ломать – не строить. Фигуры с жалобным звоном рассыпались одна за другой, пока не исчезли до конца, оставив на каменном полу огромное чёрное пятно. Вздохнув, я вышел из часовни и направился к городским воротам. Солнце скрылось, и на землю опустился туман, но теперь далеко не такой плотный, как тот. Да и теней в нём не было. Выйдя через распахнутые створки, я направился прямо и остановился только тогда, когда впереди меня, купаясь в белом млеке, показался далёкий силуэт города.
-Давно ты догадался?
-Подозревал – давно. А полностью убедился – в тот же момент, когда увидел фигуры. Кто бы ни был тот маг, он по-настоящему гениален. Во-первых, маскировка – даже я, не хочу хвастаться, но у меня очень развитое чутьё на тёмную магию, так вот, даже я почувствовал лишь слабые отголоски. Очень хороший трюк – жертве кажется, что это нечто несерьёзное, и она добровольно заходит в ловушку. Во-вторых, техническая часть. Те символы были просто великолепны. Проживи я ещё сотню лет, и то не смогу этого повторить, – мне пришлось остановиться, чтобы глотнуть воды из фляги – из-за нервов в горле пересохло. – Ну и, в-третьих, самое невероятное – разделить заклинание на две взаимозаменяемые части. Одну спрятать в закрытой часовенке, на которую подумают в самую последнюю очередь. А вторую… внутри живого существа. Мне жаль, Клара, мне, правда, жаль.
Девушка усмехнулась и лёгким движением скинула с себя одежду. Теперь, когда колдовство поддерживающее иллюзию, спало, она стала выглядеть совсем по-другому.
-И, судя по всему, всё сделано так, чтобы ни один маг не мог уничтожить это заклинание.
Её кожа натянулась изнутри, затрещала и с резким треском лопнула, показывая истинный облик существа, чья жизнь неразрывно связана с проклятьем танценшаттена.
