Есть много разных хороших профессий в мире: пекарь, кузнец, портной и так далее, перечислять можно долго. А я, по воле случая, выбрал участь темного мага. И это не значит, что я пью кровь младенцев за завтраком и провожу всякие ритуалы. Моя работа — защищать мирных людей от посланцев темных богов.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
гораздо более могущественные чудеса, чем ваши самые лучшие волшебники, но вы не ограничены никакими рамками. Со временем колдун, понимая, что научился всему, чему мог в своей специализации, начинает пробовать себя в других областях. А всё потому что люди – никакие. Вы не злые и не добрые. Не принадлежите ни пылающей преисподней, ни райским садам. Ни лесу, ни морю. Зато можете подражать любой из существующих стихий. Как хамелеон, который меняет свой окрас, вы меняете цвета своего дара в любой момент, когда заблагорассудится.
Она тяжело вздохнула, переводя на меня взгляд своих глаз, слабо сверкающих в темноте, как два уголька в гаснущем костре.
-И именно это нам и нужно. Ты заметил, что отвары и примочки Сании так эффективны, а я, наоборот, стараюсь не притрагиваться к ингредиентам без крайней необходимости? – я осторожно кивнул. Действительно, мне казалось странным, что даже когда единорог была очень занята, она просила ей помочь кого угодно, кроме своей подруги. – Это потому что моя тёмная энергия проникнет в них во время обработки и будет работать как яд, ведь суть демонов – разрушение и смерть. А с ней дела обстоят с точностью наоборот. Её светлая искра наделяет зелья частичкой чистейшей жизни и добра, в два счёта исцеляя любой недуг.
-Хорошо, но каким боком тут нужен именно я?
-Ох, забери меня Бездна, неужели в маги берут таких дубов? – чувственно выдохнула она и, поднявшись на ноги, принялась наворачивать круги вокруг дерева и постукивать его ствол то там, то тут. – Если кто-нибудь из нас двоих будет пытаться создать нужное мне лекарство, то наши дары ещё во время самого процесса повлияют на смесь, делая невозможным правильное наложение заключающих чар. А ещё, так как сам Аркавий разбирался в тёмной магии с пятого по девятое, то ему пришлось делать множество «заплаток» из комбинаций известных ему школ. Думаю, глядя на его инструкции, ты мало что понимаешь.
В самую точку ведь попала, вредная бестия. Но кое в чём её всё же можно уесть.
-Мне без надобности напрягаться и придумывать колесо. Моя школа заменит весь этот кошмар умалишённого двумя-тремя простейшими формулами. Принцип он написал достаточно просто и понятно. Более того, я могу попробовать улучшить эту плотину. Мне это сделать?
Меня смерили доо-о-о-олгим испытывающим взглядом, совмещённым с кислой физиономией, в которых женщина была настоящим докой (по мне так лучше бы чему-нибудь полезным занялась, а не рожи корчила).
-Сам смотри, парень, – в конце концов, смирившись, сказала Тия. – Если ты уверен в своих силах – дерзай. Но если не получится и вырвавшийся демон отобедает твоими потрохами – не смей предъявлять мне какие-нибудь претензии на том свете. Пошлю так качественно, что тёмные братья обзавидуются.
-Дамы, каждая минута с вами подобна золотой песчинке, но, боюсь, у меня уже назначена свидание с другой. Вы её наверняка видели – такая мягкая и белая, лежит и дожидается меня у костра. Так что, если моя сиятельная персона вам более не нужна, позвольте откланяться.
Демоница фыркнула и пробурчала нечто вроде: «Ишь как заговорил, шут гороховый», наверняка задумав какую-нибудь подлость, наподобие пробуждения от ведра холодной воды. Сания же, удовлетворившись качеством порошка, покровительственно кивнула, как мастер ученику и жестом отпустила меня досматривать свои сны.
—
Выспаться мне и правда не дали, но по другой, более веской причине. Тия, с утра пораньше, решила устроить нечто вроде показа мод, где я был единственным зрителем, а так же судьёй и критиком в одном лице. Первой из-за кустов вышла сама суккуба, и мне ничего не оставалось, кроме как застывать в потрясённом изумлении. Вместо демона оттуда показалась высокая, широкоплечая женщина-амазонка. Мускулистое, загорелое тело прикрывала тигриная шкура и короткая юбка, сделанная из проклёпанных бронзой кусков кожи и хвостов каких-то пушных животных. Суровое, скуластое лицо, средней длины каштановые волосы. Неизменным остался только золотой ободок на лбу.
-Ну как? – упиваясь моей реакцией, игриво спросила она, крутанувшись вокруг своей оси на каблуках сандалий. – Не хватает только меча, но если его наколдовать, а начнётся заварушка, то могут возникнуть подозрения, почему я дерусь кулаками, а не железной оглоблей.
-Ты великолепна, – с улыбкой ответил я, только подливая масла в огонь самолюбия заносчивого порождения Бездны. Впрочем, сегодня она это заслужила. – Надеюсь, на личины для остальных ты уделила хотя бы половину того времени, которое потратила на свою.
-Похоже, ты недооцениваешь мой талант художника,
