Волшебный дом

ли отсюда сбежать, когда немного поживешь?
— Привыкаешь, — ответил я.
— Да, но разве ты не скучаешь по… — Он поискал подходящее слово. — По жизни.
— Этого тут в избытке, если потрудишься оглянуться вокруг.
— Нет, не этой жизни, не природы. Я имею в виду жизнь. Занятие.
— Довольно забавно, но это не проблема Конечно, иногда что-то начинает скрестись в душе — потому мне так и понравилась наша запись на этой неделе, — но мы не так уж далеко от Большой Коптильни, так что всегда можем прыгнуть в машину и на вечерок смотаться туда.
— И сколько раз вы туда смотались, с тех пор как переехали?
— Да мы же только что устроились, Боб. У нас еще не было времени стосковаться по огням большого города.
Он вытер пиво с подбородка.
— Ну да, конечно, ты прав. Это может быть идеальным местом для времяпрепровождения — слушать, как растет трава, смотреть, как птички вьют гнезда. А для дополнительного заработка можно начать плести корзины.
Я усмехнулся.
— Если ты думаешь, что я буду терпеть это все выходные…
Он хлопнул меня по колену, довольный собой.
— Я шучу, Майк, честно. Сказать по правде, я считаю, что вы очень удачно переехали. Может быть, и я когда-нибудь сделаю то же самое, но сначала подожду, пока пробьется седина. Эй, смотри, опять здесь эта чертова белка! И в ус не дует, а?
Румбо выскочил из-за коттеджа, очевидно все еще любопытствуя, что это за компания собралась у нас в выходной. Когда около часа назад прибыли Боб с подругой, он сидел на крылечке и, увидев их, бросился прочь, но только отбежал на безопасное расстояние, а не скрылся совсем. Я был рад, что он справился с потрясением, которое пережил на неделе. Однако сам я еще не совсем пришел в себя.
Я ворочал в голове мысль, не признаться ли Бобу что произошло здесь во вторник, но почему-то решил, что мой старый собутыльник не воспримет меня всерьез. Уж я-то знал, что он поднимет меня на смех. Почему я не рассказал Мидж о моей ночной вылазке в поисках зловещей манящей фигуры? Потому что Мидж тоже была полна предчувствий (конечно, связанных с Майкрофтом), эпизод с «двигающейся» картиной сильно повлиял на нее, и наши отношения несколько осложнились. Чуть нажмите на меня, и я расскажу, что к тому времени у меня самого появились нехорошие сомнения насчет себя. Я уже засомневался, не страдаю ли какой-то формой ментальной аберрации (если хотите, назовите это неврозом на изменение обстановки) — в холодном свете дня все это казалось таким нереальным, таким фантастичным. Сказать по правде, я решил подождать, посмотреть, что будет. Да и все равно не было большого выбора.
Румбо приблизился, одним глазом следя за чужаком. Боб цокнул языком, словно подзывая собаку или ребенка, и Румбо вздернул головку. Он какое-то время с любопытством рассматривал Боба, потом нахально вскочил на садовый столик, где стояли две пустые банки от пива, и заглянул в треугольное отверстие одной, чуть не перевернув ее. Удержав банку лапами, Румбо к восторгу Боба слизнул с края оставшееся там пиво.
— Он любит пиво! — вскричал Боб. — Белка-алкоголик! Вижу, вы постарались в борьбе с грызунами, Майк. Ловко придумано: споить вредителей!
— Румбо не вредитель, он член семьи.
Боб посмотрел на меня как на пережиток, ухмыльнулся и воздержался от комментариев.
Я предвкушал, как они приедут в гости, ожидал, можно сказать, весь день, ожидал с радостью Боба и Киви, и Большую Вэл, которая должна была приехать с минуты на минуту, — наших первых гостей в Грэмери. И теперь мы с Мидж (несмотря на ее прежние сомнения насчет Боба) получали от этого удовольствие. Я наконец начал расслабляться, вторая банка пива и дружеская компания помогли мне успокоиться. Кролики вылезли порезвиться перед сном, хотя в этот вечер держались в отдалении от самого коттеджа, словно чувствуя чужих, и несколько птичек порхали вокруг, как припозднившиеся покупатели. Ветерок еле дул, и даже он нес в себе тепло.
Я прихлебывал пиво и впитывал в себя атмосферу.
Мы выпили еще перед ужином в круглой комнате, на этот раз все вместе; Мидж не изменила своему лимонаду и содовой, а остальные позволили себе кое-что покрепче. Большая Вэл приехала за двадцать минут до этого, ей отчаянно не хватало крепкого джина с тоником, чтобы прийти в себя после поездки. Она и Боб уже встречались раз или два, и добродушная враждебность между ними всегда служила поводом для шутливой пикировки. Боб любил, когда женщины определенно женственны и не агрессивны — Киви в этом отношении казалась образцом — и поэтому Вэл вряд ли могла понравиться ему. Он начал с комплимента по поводу ее грубых деревенских башмаков — «как раз, чтобы шлепать