трупов. Но что бы ни происходило со мной сейчас, всё это наяву. Головная боль, вонь — всё это точно явь, а не затянувшийся кошмар.
Наконец меня принесли куда-то, и без всяких церемоний сбросили на каменный пол.
— Осторожнее, Скабен, с нашим гостем. Он мне нужен живым и не покалеченным. Мужской голос, властный, сильный и красивый, тон, не терпящий возражений и пререканий, правильное произношение, характерная манера речи. Так разговаривают вельможи со своими слугами. «Видимо, это и есть хозяин, который хотел меня видеть» — сделал я про себя выводы. Голос, тем временем, продолжил:
— Мастер Арен, я хочу с вами поговорить. Поэтому прошу не делать глупостей и не пытаться бросить заклинание. Мне оно не повредит, но это закончит наш с вами разговор и прервёт вашу жизнь. Если вы согласны, кивните головой.
Выбора у меня почти не было. Бросить заклинание со связанными руками не получится, а разговор прояснил бы ситуацию. Поэтому я несколько раз кивнул головой, от чего боль заново вспыхнула в разбитом затылке.
После того, как изо рта у меня был выдернут кляп, тот же голос спросил:
— Я хочу знать, что вы делаете в моих владениях. Что здесь понадобилось Странникам Серых путей? Отвечайте, мастер Арен, и от правдивости ваших слов зависит ваша жизнь.
— Прежде чем ответить, я хотел бы понять, что происходит. Вы назвали меня своим гостем, но держите связанным по рукам и ногам. Я даже лица своего гостеприимного хозяина не вижу, а тем более не знаю вашего имени. Вы спрашиваете, что я ищу здесь, в ваших владениях, но что-то я не припомню никаких хозяев Туманных гор, у которых следовало бы спрашивать разрешение. Это вольные земли, и ни один король или князь не называет их своими. Поэтому это я вас спрашиваю: по какому праву вы напали на меня и похитили? Если вы знаете, что я маг, то вы должны знать и то, что мой орден всегда карает тех, кто поднял руку на его служителей, а я признанный маг и член Круга мастеров. Вам придётся держать ответ за ваши поступки.
Мои слова вызвали смех, который я меньше всего ожидал услышать. Смеяться над гневом Странников Серых путей не осмеливались даже короли, не то, что разбойники, называющие себя хозяевами Туманных гор. Когда смех прекратился, невидимый собеседник продолжил:
— Меня давно так не смешили. Пожалуй, уже лет пятьдесят я так не смеялся. Но в одном вы правы: невежливо разговаривать с гостем, когда ты его видишь, а он тебя — нет. Скабен, зажги огонь и поставь мастера Арена на ноги. Пусть увидит, с кем он разговаривает, и поймёт, что здесь ему орден не поможет.
От ярко вспыхнувшего пламени мне пришлось зажмуриться. Глаза, привыкшие к темноте, заболели от света. Наконец, когда глаза перестали слезиться, я смог разглядеть того, с кем разговаривал всё это время.
На каменном троне, вытесанном из куска скалы, сидел высокий, красивый мужчина лет сорока пяти, темноволосый, с серыми, очень умными глазами, тонкими чертами лица и немного выступающим вперёд подбородкам, одетый в старинного покроя камзол, украшенный драгоценными камнями. На груди висела изящная золотая цепь с каким-то амулетом, на голове — тонкий золотой обруч, похожий на княжескую корону. Но больше всего моё внимание привлёк его перстень, одетый на средний палец правой руки: огромный бриллиант, тускло светившийся зеленоватым светом. Похожий перстень подробно описывали в хрониках Хозяев смерти: он был символом власти и могущества главы их ордена. Согласно легендам, зелёный бриллиант в центре перстня — не что иное, как застывшая слеза богини Мелираны, дарующей одной рукой жизнь, а другой забирающей её. Камень защищает своего владельца от враждебного волшебства, поглощая слабые заклинания и ослабляя сильнейшие из них, и при этом усиливая мощь своего владельца. Если это был он, то его хозяину действительно не стоило опасаться моей магии.
Позволив мне его рассмотреть, загадочный человек вновь заговорил:
— Я — Сардонис, глава ордена Хозяев смерти, истинный и единственный хозяин Туманных гор и их окрестностей, обрётший бессмертие и власть над жизнью и смертью. Я требую ответа: зачем вы пришли в мои земли? Что ищут здесь Странники Серых путей? И не вздумайте мне лгать.
В моей разбитой голове окончательно сложились кусочки мозаики. Покинутые деревни, запуганные крестьяне, исчезнувшая стела победителей, существа, от которых несёт гнилью, а теперь ещё и их хозяин, глава ордена некромантов, исчезнувший так давно. Или я окончательно спятил, или это всё происходило со мной наяву, и я действительно разговаривал с тем, кто восемьсот лет назад, отвергнув запрет богов, открыл врата жизни и смерти, умертвив при этом тысячи людей, развязал войну против всего мира и почти её выиграл; и если бы не вмешательство
