Ворон. Тетралогия

она же капитан Сой Фон, быстро научила меня быть пунктуальным. Стоит опоздать хоть на несколько секунд, как на пытки она не скупится. Она быстро вдолбила мне в голову, что если она выходит из комнаты, и не видит меня, то я автоматически подписываюсь под усиленными тренировками.
  И под усиленными она подразумевает очень многое. Вот вспоминаю я все, чему меня подвергли Дай-сенсей и Дзеро-сенсей. Все те бои, все те тренировки, все те изматывающие издевательства… Славное было время.
  Я скучаю по ним…
  Они были такими гуманными, добрыми и чуткими людьми. Как же я не ценил этих святых. Каким дураком я был.
  А вот сейчас я провалился в АД!
  Капитан Сой Фон явно задалась маниакальной целью изжить меня со свету. Потому как в тренировках она не только жестока, но и креативна до ужаса. Чуть ли не каждый день у нас что-то новое.
  А объяснила она это очень просто.
  — А почему так? — спросил я.
  — Молчать! — она треснула меня в живот и подкинула в воздух, а затем швырнула в дерево. — Прерывать меня сможешь только тогда, когда заслужишь этого!
  — Простите… — прохрипел я.
  — Вот победишь меня, сможешь даже по имени как равный общаться. А пока только Учитель! — напомнила она.
  — Простите, Учитель, — исправился я.
  — Отвечаю на твой вопрос. Реальный бой это не однообразная рутина. Делая постоянно одно и тоже, ты отрабатываешь движения. Но реальность сурова. Каждый бой есть нечто уникальное, и к каждому противнику нужен индивидуальный подход. Ты должен научиться быстро реагировать на смену обстановки. Битва это не танец и не четкая последовательность. Выкинь из головы все дерьмо, которым учителя поливают своих учеников. Битва это резкий, рваный и безумный вихрь, который длится несколько секунд. Ты должен уметь убивать моментально. Меньше движений, больше эффективности! Все ясно?! — она грозно посмотрела на меня.
  — Да, Учитель! — четко и громко ответил я.
  Далее пошли пытки. Сначала был бег на полной скорости, потом прыжки на полной скорости, потом бег на руках, прыжки на руках и так далее.
  Я понял только одно. Китайцы настоящие психи, когда дело доходит до пыток или тренировок.
  Уже прошло два месяца с начала всего этого. А я каждый день гадаю, что меня может ждать дальше. Мне приходилось делать многое. По часу стоять на полусогнутых ногах, держа в ладонях горшки с углем. Мне приходилось не только мышцы напрягать, но и реацу концентрировать в руках, чтобы не обжечься. Потом отжиматься над костром, бегать от собак, бегать по канатам.
  Если не стану нормальным синигами, то пойду в цирк. Учитывая, что я вытворял, когда убегал от нее, то можно смело сказать, что никто меня не удивит.
  Вот и сейчас надо идти. Вчера я копал ямки на тренировочной площадке. Что будет сегодня, я не знаю.
  По пути встретил Омаэду-сана.
  — Удачи, Смертник, — пожелал он мне. Только так меня теперь и называют. Смертник.
  В первые дни народ долго отходил от того кем меня сделали. Некоторые сильно завидовали. Омаэда-сан рассказал, что мне темную устроить хотели. Не удивительно, ведь быть Учеником Капитана очень почетно, а я такой вот студент еще не окончивший Академию. Выскочка, одним словом. Но увидев, что я делаю на тренировках, стали даже еду подносить. Кто-то даже бинты подарил. После тренировки я вообще еле шевелился.
  Кошмар. И как я еще жив? Ума не приложу.
  — Доброе утро, Омаэда-сан, — поздоровался я. Омаэда-сан лейтенант у нас. Он человек глуповатый, жадный, жуткий обжора и лентяй. Манер крайне мало. Всю работу скидывает на других и является личной макиварой для Учителя. Она избивает его каждый раз, когда он тупит. Я же в момент, когда Учителю не хорошо, бегу со всех ног. Инстинкт у меня выработался. А вот у лейтенанта его нет. Он даже порой злит ее, за что и получает. Но если отбросить это, то человек он не такой уж и плохой. Могло быть и хуже. К тому же именно благодаря его семье проблем у отряда с финансированием и зарплатой нет. Так что за всю эту красоту вокруг можно сказать ему отдельное спасибо.
  — Не задерживайся, — отмахнулся он и пошел к себе в кабинет.
   Да, Учитель назначила меня помогать ему с документами. А по факту делать всю бумажную работу, когда лейтенант херней страдает. Так что теперь я как бы заместитель лейтенанта. Раньше всю это работу выполнял первый кого поймает Омаэда-сан, то есть все новички, которые убегать не научились. Или офицеры, которым он приказывает. Но те научились прятаться от него. А теперь вот всем этим занят я. Пиздец.
  Вот я стою перед дверью Учителя и жду. Я пришел в 6:29, так что у меня есть минута собраться.
  Сегодня нужно будет проверить очередную кучу документов. Омаэда-сан