Ворон. Тетралогия

отрядах.
  — Она медик в моем взводе. Не более, не менее.
  — Я тебе не верю, — сердито прищурился он.
  Вот же гад. Ну, сам напросился. Добью тебя.
  — А придется, и вообще, — усмехнулся я. — У нее есть уже истинная любовь.
  — Что?! — задергался у него глаз.
  — Именно. Ее настоящая и неповторимая любовь, истинная вторая половинка. Тот человек, в которого она влюблена всем сердцем.
  — Кто-о-о-о? — зловеще протянул он.
  — Не боись, у тебя нет и шанса против этого человека. Для Хебико — это идеал.
  — КТО?!! — рычал уже он.
  Во как вскипел парень. Сейчас пар пойдет.
  — Вот! — поднял я как котенка Йоко!
  — Нян! — произнесла девочка, подняв ручки как лапки.
  — Че?! — охренел он.
  — Идеал, милота, няшность, Котенок! — гордо я указал на свою ученицу. — Рядом с ней у тебя нет никаких шансов.
  Хотака задрожал от ярости.
  Я прямо слышу скрип его зубов.
  Кажется, я реально добил его мозг. Но ведь Йоко правда идеал милоты, который безумно любит Хебико.
  Да, раньше мы были аристократом и синигами. Пусть отчасти этот уклад и сохранился, но теперь мы еще старший офицер и студент, так что некоторую фамильярность я могу себе позволить. И вдоволь поиздеваться над конкурентом дело благое.
  — Ты… издеваешься? — прорычал он.
  — Ага! Упс, у меня много работы, — резко ‘вспомнил’ я. — Увидимся!
  Быстро умотал оттуда с девочкой на руках.
  — Весело было, — улыбнулась Йоко.
  — Ага, молодец, Котенок, — погладил ее по голове.
  — Спасибо, — засмущалась девочка. — А мы точно пойдем вместе на фестиваль?
  — Обязательно, — улыбнулся я.
  Девочка счастливо заулыбалась. Какой же она еще ребенок. Я хочу, чтобы она подольше оставалась такой. Но мне немного грустно от того, что когда-нибудь ей тоже придется увидеть не самые хорошие черты Готея. Некоторые она уже видела, но все же.
  Я очень за нее волнуюсь.
  И постараюсь помочь, как только могу.
  — Идем, — взял ее за руку и уже собирался отправиться дальше.
  Как на горизонте показался Такеши. Он явно долго искал нас, запыхался и вспотел, да и пах он как-то не очень.
  — Карас! Срочно в лабораторию 4-го отряда.
  — Отведи ее к нам! — велел я ему, а сам на полной скорости рванул в лабораторию.
  Если зовут туда, то этим занимается сама Унохана-сама.
  Быстро добрался до нужного места и вошел внутрь.
  — Куроки-кун, — кивнула мне Первая Кенпачи. — Вы должны это узнать.
  — Я слушаю.
  — Онигумо травил вовсе не жителей того дома, — начала она. — Он сливал тот яд в центральную водопроводную систему. Причем делал он это уже несколько лет подряд.
  — Кого он травил? — ужаснулся я.
  Она помрачнела еще сильнее, молча посмотрела на Хебико, а затем на Исане-сан.
  — Нас всех!
  Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.
  Нас?! Травили? Как это?
  — Весь Готей уже отравлен, причем уже давно, — сухим голосом сказала она. — Яд в нашей крови, а мы этого даже не замечаем. И он уже давно в нас и концентрируется. Вся вода давно отравлена.
  — Но почему мы ничего не ощущаем?! — не понимал я.
  — Этот яд слишком слабый, чтобы навредить синигами, — ответила Хебико. — Он просто не действует на нас.
  — Я что-то сам уже запутался. Что с нами?
  — Онигумо целенаправленно травил всех синигами в течение нескольких лет. Он каким-то образом сумел ослаблять фильтрующие щиты, потому яд не удалялся из воды. Он уже очень сильно сконцентрировался в нашей крови.
  — Но если яд такой не эффективный, то почему он вообще его использовал?
  — Скорее всего, это только часть яда, — вздохнула капитан. — Я видела много нелогичных психов надеющихся отравить синигами, но этот случай совершенно иной. И наивно надеяться, что все обойдется нельзя. Это яд, который состоит из токсина и активатора. Токсин уже скопился в наших телах, и в любой момент Онигумо может применить активатор, а что он с нами сделает… даже представить не могу. Готей с таким никогда не сталкивался.
  — Что нужно сделать?
  — Поднимать панику нельзя. Если мы сообщим это всем, то начнется хаос, и работать мы не сможем. Я немедленно отправляюсь в НИИ, нужно поговорить обо всем с Куроцучи. Карас, — она посмотрела на меня. — Найди образец активатора. Срочно! Только так можно сделать противоядие. Выводить яд уже поздно и всем не успеем. Нужно противоядие!
  — Я найду его! — твердо сказал я и рванул обратно к своим.
  Впервые в жизни мне так страшно. Слова, сказанные капитаном Уноханой, пробирают меня до дрожи.
  Хебико, Йоко, ребята!
  Все они могут погибнуть! Этого нельзя