Ворон. Тетралогия

наслушалась его музыки. Он после учебы собирается свою группу основать. Отлично на рояле играет. Это его мелодия.
  — Здорово…
  Мы болтали весь час о всяких пустяках. Девушке просто хотелось выговориться и поболтать. У нее пусть появились друзья, но когда я приходил, она рассказывала мне много из того что пережила и видела.
  Слушать ее просто приятно, ведь столько лет я поддерживаю с ней дружеские отношения. Пусть из-за разницы в мирах это не просто, но я все равно стараюсь находить время, чтобы повидаться с ней. Считаю это некоторым долгом, просто навестить и порадовать ее. Она приятная девушка, возможно, испытывает ко мне особо теплые чувства, но я же стараюсь зря не обнадеживать ее. Разница возрастов и образов жизни слишком велика, а у нее еще вся жизнь впереди, потому лучше всего ей самой без меня жить и найти свое счастье.
  Пробыл с ней, сколько мог, а затем двинулся обратно в Общество душ.
  Там у меня еще кое-какие дела…
  ***
  — Он подошел к ней сзади, его горящее дыхание коснулось ее шеи. Она закусила губу в сладостной истоме, — читала Сой Фон.
  Те книжки, что дала ей Чинацу-сама как-то не очень помогали ей в том, что нужно делать, но очень сильно расшатывали воображение.
  Если сначала все воображение связывалось с Йоруичи-сама, то теперь она легко представляла, что с ней все это делает ее ученик, и от этого все сильнее кружилась голова.
  Шаолинь нравился Карас, она бы хотела, чтобы он смотрел на нее не только как на воина, но и как на женщину, но просто не понимала, как такого добиться. Ее никогда не учили быть женственной и милой, так что сейчас она сама пыталась разобраться в данном вопросе, но процесс шел со скрипом.
  Ей правда нравился Карас, очень, она испытывала к нему весьма теплые чувства, но назвать их влюбленностью она не могла.
  — Или могла? — задумалась она, вспоминая тот день, когда он убил Онигумо. Он обнял ее, и впервые в жизнь Шаолинь почувствовала себя такой маленькой и защищенной и, с того дня ей очень хотелось ощутить это сильнее. И теперь, думая над своим отношением к Хебико, она понимала свою ревность и зависть. Эта змеемордая постоянно чувствует подобное и наслаждается, а его учителю даже капли такого же удовольствия недоступно. — Несправедливо.
  Но как исправить данное положение Сой Фон не понимала.
  — Может совета попросить? — задумалась она.
  Вот только кого?
  Ляпнет что-то на людях, и эта информация станет всеобщим достоянием Сообщества Женщин Синигами, а затем и всего Сейретея.
  Спрашивать Чинацу-сама не стоит, так как она тут же насоветует что-то стремное, как недавно. Можно попробовать поговорить с Уноханой-сан, но та сама одинокая женщина и вряд ли даст нормальный совет.
  — Хисана? — подумала она. Кучики Хисана уже замужняя женщина и ребенок появился не так давно, может, что и посоветует.
  Но была одна главная проблема, которая не позволяла Шаолинь действовать.
  — Я стесняюсь, — густо краснела она, только думая о таком.
  С ней еще подобного никогда не было, а потому как вести себя и что делать она просто не понимала.
  Закусив губу, она вновь взяла эту дико пошлую книжку и продолжила читать…
  ***
  Шихоин Чинацу расхаживала по своему поместью. Ей нравилось просто бродить по пустым коридорам и слушать тишину. После того как не стало ее мужа, сбежала дочь, ничего большего она делать не могла. На плечи молодой женщины тогда резко упали заботы о семье, и многое пришлось делать, чтобы сохранить все.
  Много лет прошло с тех пор, но сейчас все успокоилось и устаканилось. Сын подрастает, чем радует душу матери. Он так похож на своего отца, и это приятно главе.
  Жаль только, что дочь так сильно огорчила мать.
  Сначала сбежала из дома с тем синигами, а потом еще Совет, перепуганный ее силой, запретил ей появляться в Обществе душ. Теперь еще эта история с Сой Фон…
  — Что же ты натворила, Йоруичи? — покачала она головой.
  Ее ученица Шаолинь сильна и ответственна, последнее не в пример лучше, чем у ее дочери, но совершенно социально не подготовлена. Сой Фон оказалась до ужаса скромной, невинной и не знающей особой. Те вещи, которые обычные люди понимают чисто интуитивно, для Шаолинь просто тайна за семью печатями.
  Тут две проблемы.
  Во-первых, виновата ее семья, которая, потеряв стольких сыновей, так давила на дочь, что совершенно забыла о других важных элементах. Вот и выросла девочка, совершенно не подготовленая для общества.
  Во-вторых, виновата сама Йоруичи. Вместо того чтобы не только учить ее сражаться и веселиться, могла бы и полезные вещи ей рассказать. Но та, скорее всего, посчитала,