Ворон. Тетралогия

мастер не стал бы без причины так подставляться, а значит, он сам хочет прямой атаки. — ‘Интересно. Посмотрим, что он задумал’.
  Сформировав в руке грозовое копьё, он запустил его в цель.
  В последний момент противник исчезает, и копьё взрывается, уничтожая большой участок земли вместе с деревьями и камнями, поднимая огромное облако пыли!
  И эта пыль смешивается с неизвестно откуда взявшимся красным дымом, который заполонил всё вокруг и закрыл обзор.
  Серо!
  Ярко-красный луч стреляет влево, тем самым развеивая дым и насквозь пробивая грудь недосинигами!
  — ‘Чёрт, я перестарался!’ — заскрежетал зубами пустой.
  Но тело противника растворяется, как дым.
  — Что за?!
  И тут из дыма вылетает этот белый пустой, но уже сразу в пяти местах!
  Разветвлённая молния срывается с рук адьюкаса и мгновенно поражает всех сразу!
  Но ещё один появляется прямо перед самим пустым.
  Этот маленький противник с коротким когтем серо, неожиданно появляется прямо перед Волантесом!
  Красная вспышка!
  И боль…
  ***
  Уцусеми!
  Мои копии отвлекают противника, но всего на полсекунды, хотя и этого мне более чем достаточно.
  Сонидо!
  Короткое серо на моём пальце со сконцентрированной энергией уже готово и на максимуме своей силы.
  Волантес не ожидал такого поворота и замешкался, что и дало мне нужное время.
  Удар!
  Рассекаю лицо и туловище адьюкаса, и во все стороны бьёт чёрная кровь, заливая меня и всю округу. Горячая жидкость, текущая внутри пустых, бьёт фонтаном во все стороны, покрывая серый мир густой чернотой.
  Пустой теряет силы и падает вниз.
  Сонидо!
  Перемещаюсь на землю и падаю на колени.
  Много сил потратил на этот манёвр, да и до этого был не в лучшей форме, но кое-как победить сумел. Не зря я все эти месяцы изучал и развивал сонидо. Применять с помощью него Уцусеми оказалось даже проще, чем с сюнпо.
  — Ха-а-а… ха-а-а… ха-а-а-а…
  Переместиться так быстро, оставив после себя остаточное изображение, с сонидо удавалось даже лучше. Всё получилось и, обманув врага, я сумел нанести сильный концентрированный удар.
  Благодаря Резонансу Разрушителя я нарушил потоки энергии в его теле, сделав иеро нестабильным, и сумел пробить его.
  — Ха-а-а… ха-а-а-а… ха-а-а-а-а… — тяжело дышать. Много сил ушло на быстрое формирование и усиление когтя. Название этой технике я ещё не придумал, потому как толком её ещё не отработал. — Есть куда стремиться.
  Поднимаюсь и смотрю на истекающее кровью тело Волантеса.
  Он дико силён, и не перехитри я его, он бы легко меня убил. Но он не пытался убивать меня, а лишь играл. Хотел взять живым.
  За что и поплатился…
  Ладно.
  Надо быстро растворить его тело, а затем уходить. Кто знает, может, кого-то наша битва привлекла. Да и наверняка в ближайшие месяцы за мной вновь возобновится охота, но уже куда более серьёзная.
  Поднимаюсь…
  Мощный удар сносит меня в сторону!
  Врезаюсь в камень и ломаю его собой. Лишь в последний миг потратил все силы на иеро!
  — Ха-ха-ха-ха! Восхитительно! — слышу знакомый голос.
  Выплевываю кровь и поднимаю голову.
  В ста метрах от меня спокойно стоит Волантес!
  Огромная рана, что я ему нанёс, которая пересекает лицо и туловище, уже не кровоточит и будто подсохла!
  В его руке формируется грозовое копьё, которое он тут же бросает в меня.
  Пытаюсь применить сонидо, но сил даже встать не осталось!
  — АААААААААААААААААААААААААААА!!!! — крик ужасающей боли, от которой потемнело в глазах. Молния ударила меня, пройдя по всему скелету, словно дробя каждую косточку в моём теле и уничтожая мою душу.
  Агония продолжалась всего секунду, но для меня она тянулась вечность.
  Когда удар прошёл, я уже не чувствовал своего тела. Запах горелой плоти бил в нос, тупая боль затуманивала разум…
  Я лежу в глубоком кратере и просто умираю…
  Есть… хочется…
  Глава 21. Голод.
  — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ХА-ХА-ХА! — безумный смех вырывался из драконьей пасти. Он просто не мог остановиться и перестать смеяться.
  Дикий хохот разносился по Лесу Меносов и наверняка был слышен даже на поверхности Хуэко Мундо. По крайней мере, ему так казалось.
  — Не могу перестать смеяться! Ха-ха-ха-ха! — он держался за голову и старался успокоиться.
  Голова дико болела, рана ужасно ныла и приносила неприятные ощущения, но хорошее настроение было невозможно остановить.