Ворон. Тетралогия

направление своим рогом. — Крыса знать… может…
  — Хорошо, — кивнул я. — Можешь идти…
  Освободил его и пошёл в нужном мне направлении.
  — ГОООО! — завопил носорог и попытался ударить в спину, но я с самого начала знал, что он нападёт.
  Цуме!
  Коготь серо мгновенно формируется на моём пальце, и быстрый удар легко срезает адьюкасу пол головы.
  М-да.
  Вряд ли он указал что-то стоящие, но проверить можно. Мне всё равно некуда торопиться.
  За час я нашёл оговоренное дупло у края скал. Место довольно незаметное и не ищи я его целенаправленно, то никогда бы не заметил.
  Слышу писк!
  Тихо приближаюсь и заглядываю в дупло…
  Там крысы… много крыс. Серые крысы с множеством маленьких одинаковых масок.
  Копошатся тут и доедают кого-то, обгладывая кости.
  — Кто… тут? — прозвучал хриплый голос из глубины этого места.
  Крысы тут же остановились и посмотрели на меня.
  — Я пришёл поговорить… — произнес я.
  Зажигаю свет в руке, освещая это место. Увидев это, крысы отступили.
  В глубине дупла на куче костей лежала здоровенная крыса, похожая на тех, что меньше, но больше, без конечностей и половины головы. Судя по обрубкам, кто-то их ему отрезал и первоначально он таким не был. На маске была огромная глубокая трещина.
  Трещина на маске — символ больших проблем. Маска у нас важнейшая часть организма и она восстанавливается дольше остального тела. И если на ней незаживающая трещина, то всё плохо. Да и сам пустой странный. Мы калеками не бываем, регенерация слишком у нас мощная.
  — Кто… ты…? — хриплым голосом произнёс крыс, открыв свой единственный глаз.
  Я некоторое время молча рассматривал его. Он мне казался знакомым, где-то я такую крысу уже…
  — Руру… — произнёс я.
  Пустой вздрогнул.
  Поднял свою голову и прищурился своим глазом.
  — Этот… голос… Руру?
  Снимаю маску, открывая ему своё лицо.
  Адьюкас перестал дышать и замер.
  Тут из его глаза стали идти слёзы.
  — Руру… — дрожащим голосом произнес он. — Ты… вернулся… Я так скучал…
  Подхожу к нему и присаживаюсь рядом. Это тот самый пустой, который забрал Руру после того, как я его победил. Плачущий Руру уже не мог сражаться, а этот пустой его забрал, будто он его друг.
  — Прости, Руру… прости… — плакал он. — Я не смог… тебя защитить… Прости… прости…. Его нити порвали меня… Оторвали лапы, а затем он пошёл за тобой… прости… прости… Я бросил тебя и сбежал… Прости… прости…
  Пустой плакал, от него исходило столько боли и горя, что я просто не мог решиться заговорить с ним. Он слаб, но самое плохое, что он сам не хочет жить. Эти маленькие крысы часть его тела, и они просто поддерживают его жизнь, доедая останки обычных пустых.
  — Ру-ру, — произнёс я.
  Он улыбался, этого не видно из-за маски, но чувствуется.
  Крысы вокруг начали рассыпаться. Похоже, это его конец.
  Положил руку на его голову и погладил умирающего пустого. Хотару в своё время убил и поглотил Руру, а я поглотил Хотару.
  Не знаю, есть ли во мне что-то от самого Руру или моё тело стало таким, просто подражая тому странному пустому, но я тоже чувствовал грусть. Где-то что-то внутри меня плакало и грустило…
  — Реми… — почувствовал я, что именно это имя принадлежит ему. Этой крысе, который пусть не признавался, но заботился о шумном и шустром Руру… Пусть это был приказ, но он сам ощущал от того малыша что-то родное. — Я… прощаю тебя…
  Это то, что он хотел услышать, именно от этого голоса и от этого лица. Может, это самообман, но ему он сейчас очень нужен.
  Пустой начал закрывать глаза и засыпать.
  Точнее, он таял и умирал, регрессировал от долгого голода и его разум угасал. Лишь чувство вины не дало ему одичать и превратиться в тупое чудовище, а крохи еды поддерживали его жизнь. Похоже, эти крысы приносили ему всё.
  Выпускаю нити и медленно вливаю в него разрушительную силу синигами, развеивая пустого.
  Этот пустой заслужил покоя.
  Освобождаю его душу и даю ему отправиться в Поток Перерождения…
  — Спокойной ночи… Реми…
  Пустой растворяется и исчезает, как и все его маленькие копии.
  Хоть что-то есть хорошего от моего положения… Я могу приносить покой несчастным душам, что уже отчаялись и умирают. Быть может, это само провидение направило меня сюда, чтобы я дал ему прощение, а может, просто совпадение.
  — Руру… — прошептал я напоследок.
  Надел маску, а затем покинул это место.
  Я ничего толком не нашёл, а значит, надо продолжить поиски…