Раем приглашение, проводил нас по бесконечно роскошным коридорам и галереям. Я боролась с собственным волнением, сердце стучало часто-часто, и я запомнила лишь вычурную роскошь и позолоту, от которой рябило в глазах. Обратный путь сама я вряд ли найду.
Нас привели в просторный зал, в котором уже находились придворные. Кто-то негромко переговаривался, кто-то прогуливался вдоль стен и притворялся, что рассматривает натюрморты в тяжёлых резных рамах. Рай ни к кому подходить не стал, отвёл меня к стене.
— Малый приём в разгаре, — шепнул муж на ухо.
Удивительно, но ждать пришлось не больше десяти минут.
— Халс Райдет Цареш с супругой, — объявил церемониймейстер, гулко стукнул посохом об пол.
По залу побежали шепотки: как же, нас пропускают к королю без очереди.
Двустворчатые двери распахнулись. Я глубоко вздохнула. Бездна, можно я туда не пойду?!
— Пэ-эфинс.
Нельзя.
Первые несколько шагов муж тащил меня чуть ли не волоком. Нет, со стороны всё выглядело прилично, просто я ног не чувствовала.
Новый зал, ковровая дорожка недвусмысленно указывает, куда идти. По обе стороны толпятся придворные, а впереди, на небольшом возвышении, трон, на котором восседает Его Величество. Я сглотнула ком в горле.
Ну же! Я справлюсь…
Всё, что я до сих пор знала о короле — это то, что его зовут Одар Солнечный. Бездна!
Золотой мундир, корона-солнце, золотые с лёгкой рыжинкой волосы. Король ослеплял в буквальном смысле. Я даже не смогла понять, молод он или стар и какого цвета его глаза. Мы с Раем приблизились к трону, и я поспешно склонилась в глубоком реверансе. Рай тоже низко поклонился.
Повисла оглушительная тишина и вечность спустя прозвучал обманчиво мягкий голос:
— Халс Цареш, халси Цареш, я рад поздравить вас с заключением нерушимого брака.
Мы медленно выпрямились. Хорошо, что говорить должен Рай, а мне можно и помолчать.
— Благодарю, Ваше Величество, — Рай снова поклонился. — Ваше поздравление — честь для меня.
Король шевельнул пальцами, и над нами раскрылся золотистый полупрозрачный купол. Звуконепроницаемая пелена? Удивительно, но проблеск любопытства помог успокоиться.
— Я всегда рад поздравить своих верных вассалов со столь судьбоносным, несомненно счастливым событием, — «верных» король ненавязчиво выделил голосом.
Рай промолчал, я — тем более, и король продолжил:
— До меня дошли странные слухи, что ваша супруга, халс, не та, за кого вы её выдаёте.
— Прошу прощения, Ваше Величество. Я не совсем понимаю…
— Неужели? — яда в голосе короля прибавилось. — Халс, кто ваша супруга по-вашему?
— Ваше Величество, по вашей… рекомендации я создал брачный браслет, заклял его собственной кровью и передал представителю Династической палаты. Браслет должен был быть благословлён в храме и передан моей невесте. Как и предполагалось, халси Цареш прибыла в мой поместье в сопровождении представителя Династической палаты.
— По предписанию Династической палаты вашей женой должна была стать послушница монастыря солнечной Таины, — жёстко перебил король, каждое его слово звучало как удар хлыста. — Ни одна из послушниц брачный браслет так и не получила, однако он не лежит в шкатулке, а не лежит в шкатулке, а находится на запястье стоящей передо мной юной особы. Так кто ваша супруга, халс?
Рай, пока король говорил, притворялся каменной статуей. Ни тени эмоций на лице, вид полной отрешённости.
— Прошу прощения, Ваше Величество, — Рай опять низко склонился, — но у меня нет ответа на ваш вопрос. Для меня прозвучавшая сейчас информация столь же неожиданна.
Король перевёл тяжёлый взгляд на меня. Я судорожно вздохнула.
— Ваше Величество…, — реверанс.
— Халси, просветите нас. Уж вы-то точно знаете, кто вы. Да?
— Ваше Величество, я… Простите, позволите, я отвечу длинно?
Король небрежно кивнул.
— Я сирота, Ваше Величество. Воспитывалась бабушкой. Когда я поняла, что владею даром и что меня отправят учиться в школу при храме… я стала скрывать дар. Я знаю, что это недопустимо, что дар даётся, чтобы служить, нести людям пользу, что богам виднее, но… я не могла оставить бабушку, ведь мне пришлось бы уехать в крупный город, где есть школа, — я всхлипнула совершенно искренне, от вернувшегося страха. — Месяц назад бабушка умерла. Мне не хватило духу признаться, что я утаивала дар, поэтому я стала ходить в храм, молиться. Я малодушно надеялась, что кто-то из жрецов или услышит, или спросит… Мне приснился сон, в котором я ехала в монастырь солнечной Таины. Сон был очень ярким.
