Вояж Проходимца

дав людям возможность достигнуть зоны энергетического поля. Перед тем как нырнуть в дрожащее марево, люди немного замешкались, но здоровяк, догнав остальных, прыгнул в поле нисколько не задерживаясь. Санёк и Чино последовали за ним, а вот четвертому партизану не повезло: уцелевшая «гусеница» испепелила его ослепительным жгутом, очевидно не опасаясь, что в этом месте ее молния причинит вред оборудованию. Человек исчез в яркой вспышке, и только какие-то черные ошметки медленно поплыли вслед за Саньком, также попав в силовое поле. «Гусеница» же, постояв немного на месте, тут же отправилась обратно к центру зала, словно она честно выполнила требующуюся от нее работу.
И в этот момент мы с Ками и дробовиком «въехали» в мутную стену, сквозь которую слабо светили оранжевые солнечные лучи.
Облака кипели. Облака неслись сломя голову. Облака яростно бросались на невидимый, но неподдающийся их натиску силовой тоннель. Он, подобно незримой нити, протянулся между скалистых берегов наполненной ветром и облаками реки, связывая их подобно призрачному мосту.
Когда пропасть разверзлась под нашими ногами, я задохнулся от высоты и величия развернувшейся картины. Заснеженные пики гор, иногда мелькающие в разрывах драных облачных полотнищ, колоссальные стены, уходящие вверх и вниз на необозримые высоту и глубину. Одна из стен была ярко-оранжевой, залитой лучами заглянувшего в ущелье закатного солнца. Другая, утонувшая в тени, окрасилась в иссиня-черные тона.
Иногда облака закрывали все поле зрения, оставляя для глаз только пустующую трубу силового тоннеля, несущую нас к противоположной, темной стене ущелья.
Санёк, плывущий в силовом поле рядом с Чино, помахал нам с Ками рукой. До него было около полусотни метров, так что я даже рассмотрел, что штурман широко открывает рот в попытке докричаться до нас. Но силовое поле как-то странно проводило звуковые волны, так что до моих ушей дошло лишь какое-то мутное завывание. Зато Чино все отлично услышал, и услышанное, как видно, ему не очень понравилось: нога охотника врезалась в бок Саньку, заставив штурмана отлететь в сторону на пару метров, где он и завращался — медленно, плавно, словно в патоке, но бешено размахивая руками.
Здоровяк с гранатометом внимательно посмотрел в нашу сторону, затем его рука извлекла из заплечного захвата длинное тело гранаты и отправила ее в ствол. К сожалению, гранатомет оказался не одноразовым. Я дернулся в сторону дробовика, в тщетной попытке поймать оружейный ремень. Бесполезно. Лишних полметра иногда играют весьма существенную роль.
Здоровяк широко улыбнулся, видя мою бесплодную попытку, затем стал излишне долго прицеливаться, явно желая помучить нас ожиданием неминуемого.
— Ками! — рявкнул я прямо на ухо девушке. — Ты можешь что-нибудь сделать? Прихлопни этого урода!
Ками поморщилась от звона в ухе и проговорила, не отрывая глаз от гранатометчика:
— Ничего не нужно делать, Лё-ша.
Я аж задохнулся от этих слов. Снова хотел дернуться к дробовику, но в этот момент здоровяк выстрелил.
Дымный шнур резво протянулся на первые пару метров от гранатомета, но затем граната замедлилась, словно попав в невидимый глазу кисель. Наконец она повисла, окутанная облаком дыма, совсем недалеко от стрелка. Здоровяк выпучил глаза, замахал руками, словно пловец, очевидно пытаясь каким-то образом убраться подальше от своего смертоносного подарка, но не преуспел в этом деле: граната взорвалась, нашпиговав тело гранатометчика осколками и откинув его в сторону взрывной волной, где он и остался вращаться, окруженный розовым облаком крови. Остальные осколки, ослабленные действием силового поля, повисли вокруг, образовав большую сферу и не причинив больше никому вреда. Некоторые из них все же достигли Санька и Чино, но их энергия была настолько поглощена полем, что пробить кожу, а тем более одежду, они не могли. Во всяком случае, я не заметил, чтобы охотник или штурман были ранены. Испуганы — да, но целы. Зато дробовик оказался ближе ко мне настолько, что я смог дотянуться до лежащего в воздухе ремня и завладеть, наконец, оружием.
Тем временем Санёк, благодаря все той же взрывной волне, которая поднесла его к Чино, умудрился вцепиться в охотника и теперь яростно обменивался с ним тумаками. Я очень хотел бы ему помочь, но не имел ни малейшей возможности. Ками, встретившись со мной взглядом, покачала отрицательно головой:
— Я не хочу пользоваться гравитационными излучателями костюма, так как не знаю, к чему это может привести. Ты заметил, что мы немного спустились?
— Нет, — у меня в затылке снова побежали мурашки ужаса. — А что, спустились?
— Мне кажется, что силовое поле тоннеля