Войд. Трилогия

внутренней двери. Они переложили Леру на подъехавшие носилки и также осторожно попятились назад. Когда эвакуировавшие Леру спецназовцы скрылись в коридоре, командир махнул остальным следовать за ним и стал отходить, не отрывая внимательного взгляда.
– Эй, а мы? Вы же не закроете нас здесь? – крикнул им вслед Игорь и вышел из шлюза. Но они, молча, удалились и тяжелая дверь карантинной камеры мягко опустилась.
– Я не могу в это поверить! – Павел встал рядом с Игорем и принялся осматривать холодную металлическую коробку, в которую их поместили. – Эй, мы свои и очень сильно хотим есть! – его голос эхом отразился от стен и, произнеся последнюю фразу, еще пять раз, заткнулся где-то в дальнем темном углу.
– Придется опять открывать сухпайки, сегодня про нас точно не вспомнят.
Пилоты вернулись в искореженный истребитель.
– Интересно, сколько они нас здесь продержат? – спросил Павел. – Если у них такие же правила карантина, как в порту, то не больше пяти часов.
– Ну, это вряд ли.
– Почему?
– Это военный корабль, здесь нас никогда не отпустят, да еще и проверку устроят.
– Какую проверку? Если ты имеешь в виду сканер, то нас, наверное, уже просветили.
– Нет, во время военного положения вводятся более жесткие правила, которые включают биохимический анализ, а также замеры облучения.
– А с чего ты взял, что введено военное положение?
– Когда мы подлетали, я заметил, что фронтальные орудия находятся на боевом взводе, а это бывает только при военной угрозе, – Игорь открыл крышку на панели управления.
– Можешь даже не думать об этом, я не стану это чинить, – улыбнувшись, произнес Павел.
– Просто не хочется терять Эллис, она нас здорово выручала, да и опыт у нее уже приличный.
– Она в порядке, просто сработала аварийная автоматика, к тому же здесь имеется резервное хранилище данных. Вытащим как-нибудь.
– Я думаю, что самое время отдохнуть, мы это заслужили, только вот интересно, что там с Лерой.
– Не беспокойся, о ней позаботятся, – успокоил его штурман и оторвал зеленую крышку сухпайка.
***
Почти час они проспали, сидя в креслах, когда снаружи раздался тревожный звуковой сигнал. Часы на панели работали исправно, в отличие от остального оборудования. Павел, подпрыгнул в кресле и обеими руками стал тереть покрасневшие глаза. Через левую узкую амбразуру они увидели, как дверь камеры открылась и к ним зашли трое в военных костюмах. Старший по званию остановился на пороге, указав остальным заходить внутрь.
– Выходите для осмотра! – строгий голос одного из них явно давал понять, что повторять он не собирается.
Павел вопросительно посмотрел на Игоря.
– Пойдем, – со вздохом произнес тот и вылез из кресла пилота.
Заранее поместив руки за голову, неспешно вышли из шлюзовой камеры. После сна показалось, что в камере похолодало еще сильней.
– Следуйте за мной, – один из конвоиров направился к проходу, а второй пошел замыкающим.
Волна теплого воздуха накрыла их, когда они вошли в широкий коридор внутреннего шлюза. Игорь огляделся. До этого ему не приходилось находиться на военном крейсере. Его шокировал идеальный порядок вокруг. Ничего лишнего, все стояло на своих местах. Даже костюмы радио– и химической защиты, как ему показалось, висели ровными рядами с одинаковыми складочками на рукавах.
– Сюда, – один из проводников указал на узкий стеклянный коридор. – Но сперва, всю одежду оставляете здесь, – он указал на металлический ящик, стоявший прямо у входа.
– Всю? – Павел уставился на ящик, он явно не ожидал такого поворота.
– Всю! – повторил военный, и стекло его скафандра немного запотело от выдоха. – Шевелитесь!
Они расстались с добротными костюмами и нырнули в камеру с синеватым освещением. Им не было необходимости двигаться, дорожка под ногами сама транспортировала их прямо, проводя под ободками сканеров. Когда они увидели сквозь расплывчатое стекло, что снаружи на них смотрят, да к тому же среди наблюдателей есть несколько человек женского пола, пилоты как по команде обеими руками закрыли свои причинные места.
– Слушай, ну это уже слишком!
– Нет Паш, они военные и у них нет разделения по половому признаку, – усмехнулся Игорь и подпер руками бока. – Если хотят, пусть смотрят, что мы ничем не хуже их.
Девушка, снимавшая показания с последнего сканера улыбнулась и, отвернувшись, направилась к терминалу.
– Видишь, все-таки не машины, они тоже живые люди, просто им не повезло и они стали военными, – попытался продолжить шутку Игорь. Когда они вышли, с другого конца камеры их встретил человек, у которого явно не было чувства юмора. Он смотрел на них немного свысока с лицом, выражающим