Перед вами два самых известных мистических триллера блистательного английского писателя Чарльза Уолтера Стэнсби Уильямса, покорившие множество читателей по всему миру. Существует мнение, что эти романы оказали некое влияние на сюжеты «Кода да Винчи» и «Властелина Колец». Так это или не так, каждый может решить сам, прочитав эту книгу.
Авторы: Чарльз Вильямс, Уильямс Чарльз
полицейский. Наверное, это нравилось ангелам на небесах.
Во всяком случае, герцогу это нравилось. Спустя две-три минуты он осведомился у Морнингтона:
— Я полагаю, вы знаете, что мы делаем?
— Мы спасаем Святой Грааль, — ответил Морнингтон. — Ланселот, Пелеас и Пелинор, нет, я перепутал, прошу прощения, Боре, Персифаль и Галахад
. Вот так правильно. Архидиакон, конечно, Галахад вам герцог, вполне подойдет роль Персифаля, вы ведь не женаты? Ну а мне остается сэр Боре. Правда, я тоже не женат, а у Борса, помнится, была семья. Впрочем, это неважно. С вами-то понятно, вы — поэт, и никем, кроме Персифаля, быть не можете. А Боре был простым работягой, вроде меня. Так что вперед, вперед в Саррас! — воскликнул Морнингтон и, повернувшись к преследовавшей машине, еще раз прокричал:
— В Саррас! Встретимся в Карбонеке
!
— Господи! Да о чем это вы, наконец? — взмолился герцог.
Морнингтон собрался ответить, но его опередил архидиакон. Он наклонился вперед, к плечу герцога, и вполне светским тоном сказал:
— Милорд, мне неловко пользоваться вашим благорасположением, тем более что вам неизвестны все обстоятельства, из-за которых мы спешим. Мне неловко торопить вас…
— Да? — перебил его герцог. — А мне определенно показалось, что мы торопимся. Конечно, я могу ошибаться, но пока не имею ничего против. — Говоря это, он, не снижая скорости, вписался в крутой поворот дороги. — Так вот, мы явно торопимся. Быть может, дело в том, что за нами кто-то едет…
Морнингтон! Да перестаньте вы смеяться! Лучше бы объяснили, куда мне ехать!
— Но право же, — запротестовал архидиакон, — не лучше ли высадить меня где-нибудь здесь?..
— Нет, не надо, — сказал Кеннет, прекратив смеяться. — Все в порядке, герцог, я не шучу. У архидиакона там и правда Грааль.
— Грааль? — повторил герцог, а потом снова повторил недоверчиво:
— Грааль?
— Да, да, именно Грааль, — заверил его Морнингтон. — Мэлори, Теннисон, Кретьен де Тру а, мисс Джесси Вестон. Как это у нее? «От романа к реальности»? Ну вот, так и получилось. Честное слово, это очень серьезно.
Герцог бросил на него короткий внимательный взгляд.
Час, проведенный в разговорах о почти забытом поэте, чудесным образом сблизил двух его страстных поклонников. Морнингтон тихо и ясно изложил герцогу ситуацию, и тот, выслушав, пожал плечами:
— Хорошо. Раз вы так говорите… Но все-таки, куда мы едем?
Кеннет повернулся, хотел что-то спросить у архидиакона, но передумал и спросил герцога:
— А сейчас куда мы едем?
— Насколько я понимаю, в Лондон, — ответил герцог.
— В Лондон? — переспросил Морнингтон. — Наверное, у вас там есть дом?
— Несколько, на выбор, — ответил герцог.
— Что ж, поехали. Там и поговорим спокойно. А не могут они с дороги позвонить в полицию? — осведомился Морнингтон у архидиакона.
— Едва ли, — отвечал священник. — Персиммонс не захочет впутывать власти.
— Арестовать им нас не удастся, пока мы не остановимся, — резонно заметил герцог. — Но я не собираюсь останавливаться.
— Арестованы на дороге герцог Йоркширский и настоятель Фардля! — выкрикнул Морнингтон. — Необычайное происшествие! Святой Грааль — в Англии? Свидетельствует отставной издатель! Покупайте вечерний выпуск! Да нет, не посмеют они нас остановить, — закончил он обычным голосом.
— Ну что ж, в Лондон, так в Лондон, — покоряясь неизбежному, сказал герцог.
Кеннет оглянулся на машину преследователей. «Архидиакон, конечно, потеряет свой приход, — подумал он. — Работу я уже потерял, а герцог вот-вот потеряет репутацию. Зато старый Персиммонс уже потерял Грааль, а сэр Джайлс Тамалти поубавит свою спесь, если только я доберусь до него».
В машине, преследовавшей их, Грегори как раз думал о возможной огласке. Ему пришлось остановить полковника, собравшегося повернуть к станции, чтобы позвонить в полицию. Он попытался объяснить Коннерсу масштаб предстоящего скандала.
— Еще неизвестно, чем кончится суд, — говорил он. — Даже если мне удастся вернуть потир, представляете, сколько народа поверит архидиакону? А клерикалы в парламенте?
Давайте все-таки попробуем догнать герцога и все ему объяснить. Должен же он понять, что доводы рассудка на моей стороне. Разве они друзья с архидиаконом?
— Я вообще не знал, что они знакомы, — раздраженно ответил Коннерс. — Герцог, да и все его семейство, — католики. Он же из Норфолков, его мать — урожденная Ховард.
Поэтому мне совершенно непонятен его каприз. Разве что этот
