Война, выживание и власть

он идёт, рванула в другую сторону — к стене города.
— Стой! — снова крикнул Царёв, ускоряя шаг, — Ты куда?
Арина резко остановилась и повернулась к нему. В её глазах стоял уже даже не страх — ужас.
— Ты меня избегаешь? — начал Олег, когда между ними осталось всего несколько шагов, — Почему?
— Я… — пробормотала она, начиная отступать назад пока не упёрлась в стену спиной. И без того едва достававшая ему до плеча, она сжалась от страха и стала ещё ниже, ещё меньше.
Комендант начал подозревать в чём источник её страха. Чем ближе он подходил, тем большим ужасом отсвечивали глаза Арины.
— Что имел ввиду отец Сергей? — твёрдым голосом спросил он, — Ведь его слова касались тебя. Отвечай!
— Я, — девушка побледнела, — Я была ещё совсем маленькой, несовершеннолетней, когда мой парень привёл меня в ячейку «Чёрного солнца». Мой первый мужчина был Александр…
— Так ты… — вылетели у Олега первые слова и застряли в горле. Оцепенение, неверие, принятие и ярость. Он схватил её за горло и словно куклу прижал к холодным кирпичам.
— В ночь переворота, — продолжала говорить девушка с огромным трудом, — Я навсегда их оставила. Это правда. Я больше не с ними. Я не одна из них.
— Ты врёшь! — прошипел Царёв, — Врёшь! Всегда врала. И сейчас врёшь!
Его ярость не перешла порог. Руки сжимали девичье горло, но не сдавливали. Держали крепко, но осторожно, не ломая шею.
— Я не больше не вру, — уже с хрипом пробормотала она, — Я полюбила. Но не тебя.
— Нет!!! — раздался за спиной крик. Теперь уже Царёва схватили за шею. Олег отпустил Арину — та сразу обмякла и без сил упала на землю, едва держась за стену города. Комендант повернулся готовый отразить удар. На него напал Михаил! Или не напал? Едва Олег освободил девушку и Орлов отцепился от него.
— Остановись! — снова крикнул ему в лицо Старшина, — Что ты делаешь?!
— Она работает на «Чёрное солнце»! — словно выплеснул ему в ответ Олег, указывая на Арину.
Михаил из напряжённого состояния внезапно расслабился, опустил руки и произнёс:
— Работала. Так будет точнее. Посмотри туда, — он указал на веселящихся горожан, — Все они совсем недавно были другие. Все мы не те, кем были раньше.
— Никто из них не работал на радикалов, — возразил Царёв, всё ещё тяжело дыша от гнева.
— Посмотри, — Михаил указал на дом Коменданта. Над ним развивалось на древке белое полотно со знакомым символом, — Этот знак предложил Кун. Я не знаю, что он значит, Кун Перов сказал, что это знак возрождения. Извини, тебя не дождались — Совет одобрил. Это тоже сделала она с ещё несколькими девушками. А ещё они начали шить одежду. Пусть простую, незатейливую, но снабжать горожан тканями. Она старалась для города. Неужели ты будешь осуждать её за ошибку даже не юности — детства?
Олег молчал. Дыхание восстановилось, он всё же успокоился и повернулся к девушке, сидящей на земле у стены. Белое платье запачкано землей, глаза заплаканные. Бедное несчастное дитя.
— Может скажешь тоже что-нибудь, — сказал он ей, в голосе уже не осталось злости.
— Я полюбила, — очень тихо повторила Арина уверенным голосом, — Я больше не могу быть с тобой, Олег. Я люблю другого. Очень сильно люблю.
— Кого же это? — Олег невольно усмехнулся.
— Его, — Арина перевела взгляд на Михаила, — Миша, я тебя люблю.
И Олег, и Михаил уставились на неё, разинув рты, затем посмотрели друг на друга.
— Ты я смотрю тоже не в курсе, — усмехнулся Царёв, — Что ж поздравляю. Переходящий приз твой.
Он горько рассмеялся и пошёл к своему дому, оставив их вдвоём. Дойти он не успел — по дороге ему попался Игорь Верёвкин. Майор бесцельно бродил по городу с грустным лицом.
— Майор! — окрикнул его Комендант, — Не занят?
— Нет, — коротко ответил тот.
— Скажи мне, майор, — Царёв опустил глаза вниз, распинывая грязь носком ботинка, — Там в бункере ведь все дружно живут?
— Мне показалось да, Комендант, — ответил Верёвкин.
— Тогда почему вместе со всеми не приехала девушка, — продолжил Олег, — Ты должен её знать. Арина. Вероятнее всего именно она помогала тебе восстановиться после болезни.
— Не могу знать, — голос Игоря слегка задрожал от волнения.
— Можешь слетать привезти её сюда? — Царёв даже не заметил интонации майора, — Скажи я очень сильно прошу.
— Мне взять МДК?
— Да, — Олег старался не смотреть ему в глаза, скрывая своё собственное волнение.
— Так точно! — майор сорвался с места, слишком рьяно принявшись выполнять задание. Лишь теперь Царёв обратил внимание на его необычное поведение. Но думать об этом что-то не хотелось. Он зашёл в дом и рухнул в кровать. Бог сна смилостивился