Война за Врата. Книга 1-4

налететь на эти земли самостоятельным походом, россы и романцы искали рудники для разработок, собираясь первыми застолбить их в случае колонизации материка, а земляне были заняты поиском местных Врат, про которые ни один местный житель ничего незнал.
Позавчера адмирал собрал на совет всех капитанов кораблей, и на нем было решено, что напоследок стоит ударить по жрецам и хорошенько им наподдать. Место на которое пленник указал как на ставку главного служителя культа, располагалось всего в сорока километрах от берега, что для моторизованной колонны в сопровождении пехоты, даже по местной грунтовке всего сутки хода. Почти все командиры высказались за поход, против, были только один из старых варягов и командир землян контр-адмирал Семенов. На следующий день, три батальона из состава экспедиции тронулись в путь. Вот тогда, центурион Симеон Вольф совершил эту непростительную ошибку – напросился поучавствовать в этом деле.
Ранним утром, колонна состоящая из тысячи пехотинцев, а также десятка транспортеров и БТР, тронулась вперед. В походе приняли участие три батальона: варяжский, росский и когорта морской пехоты под командованием Симеона. Все развивалось как и планировалось, двинулись от залива, за пару часов прошли редкий лесной массив и выбрались на равнину покрытую холмами и кустарниками. Через равнину пролегала пустынная дорога ведущая в нужном направлении. Колонна выходила на дорогу, батальоны выстраиваясь в походный строй, выдвигая вперед моторизованный головной дозор, а на фланги кидая боковые из пехоты.
Первая стычка произошла после полудня, когда до цели оставалось километров десять. Правые боковые дозоры напоролись на сильные отряды дикарей и приняли бой. После скоротечной схватки в густом кустарнике, появились первые потери. Колонна не сбавляя темпов движения продолжала свой путь, и на последнем отрезке пути, славян встретило основное войско местного кицика.
Орды серокожих воинов неожиданно появились со всех сторон, сразу-же сметя боковые дозоры с обеих сторон дороги. Словно серые волны они объяли тот клочок земли на котором сгрудились бойцы экспедиционной эскадры. Эти волны подступили со всех сторон и резко рванулись с холмов вниз. Им навстречу ударили пулеметы транспортеров и БТР, своими тяжелыми пулями рассекая и калеча тела дикарей. Пехота занимала позиции и огнем поддержала бронетехнику. Волна, потерявшая тысячи людей идущих впереди основной массы откатилась обратно, а со склонов посыпались камни и бревна.
Дорога оказалась заблокированной с обеих сторон и техника утратившая пространство для маневра остановилась. За холмами раздался рокот барабанов и толпы самуса вновь рванулись в атаку. Над полем боя, заглушая звуки стрельбы стоял несмолкаемый рев боевых кличей. Огромная свалка людей и металла образовалась на дне долины. Те дикари, кому не хватало места в общем строю метались вокруг, находили просвет и с криками ныряли в это месиво.
Наступил вечер, дикари зажгли тысячи факелов и продолжали свой натиск на славян. Эта неистовая и единая в своем порыве масса, постоянно двигалась, перемешивалась, нападала и отступала, обтекая поле боя со всех сторон. То что происходило с самуса на поле боя, не было боевой яростью или еще каким-то подобным проявлением их ярости. Прошедшие сквозь жесточайшую войну романцы, такого и представить себе не могли. Все происходящее не укладывалось в то, что должно было быть. Самуса, выкрикивающие имя своего бога-демона, рвались вперед не с целью победить, а с желанием умереть. Это пугало не только Симеона, впервые учавствующего в подобном сражении, но и седых ветеранов из его когорты. Что-то не от мира людей, завладело душами дикарей и гнало их на смерть.
Уже ночью был отбит четвертый и самый яростный штурм. На несколько минут бой остановился и комбаты смогли посовещаться. Связисты доложили, что выдвинувшиеся им на помощь батальоны сами вступили в бой и скорее всего, помощи не будет. Воины экспедиционного отряда, почти все израненные, смертельно усталые, грязные, с печатью обреченности на лицах, смотрели на своих командиров, и надежды на спасение в них не находили. Солдаты сделали все что в их силах для выполнения поставленной задачи, но боеприпасы были на исходе, а дикарей становилось только больше.
Выход оставался один – прорыв к океану. Комбаты решили пробиваться каждый сам по себе, и когда орды дикарей вновь устремились в долину, им навстречу ударили три раздельных отряда. Остатки батальонов сумели проломиться сквозь толпы врагов и преследуемые по пятам, начали свое бегство к океанскому берегу.
От всей когорты романской морской пехоты, после прорыва осталось не более трех десятков бойцов. Морпехи выпустив по рожку