Война за Врата. Книга 1-4

знаешь в чем истинные причины твоих проблем, то считай, что полдела уже сделано. Вот так и я, как разобрался, так через десять минут уже был в норме. Главное, чтоб подобные метаморфозы в моем настроении и характере, подчиненные за шизофрению не приняли. Ничего, есть же и хорошая сторона в подобном зверином инстинкте, пока сидел и думал над этой проблемой, появилась пара неплохих идей.
  Вчера я перенаправил весь наш аналитический отдел на обработку информации о Гредмаре и вольтах, да и сам между делом, кое-что полистал из документов добытых в Рассветном и предоставленных полковником Митом. К вечеру план уже был готов, хотя пришлось немного наорать на аналитиков и их начальника генерал-майора Стахова. Они почему-то, совсем не учитывали такой фактор, как страх, принимали его в расчет, но как что-то гипотетическое и далекое.
  Что поделать, еще толком не освоились ребята. Ничего, провел с ними беседу на тему того, что они не на Земле, и немного, совсем чуть-чуть, показал им, что такое звериная сущность человека, и как присутствие подобного «фейра» в активном состоянии, влияет на обычных людей, то есть на них. Если отрядные офицеры вели себя достойно, не ломались и по привычке тянулись к оружию, то на некоторых гражданских специалистов, смотреть было противно. Из десяти аналитиков, попавших под раздачу, трое элементарно обделались, а остальные забились в животном ужасе по углам. Жестковато, что есть, то есть, но надо было им дать понять, что из-за их неверных предпосылок и мотиваций, а может быть элементарной некомпетентности, рождаются неверные решения и рекомендации, а потом бойцы гибнут. Ведь именно аналитики уверяли, что гредмарцы не посмеют ударить по нашему посольству, и что разведчики Прохорова могут шнырять где угодно, а им слово против никто не скажет. От этого факта не отмажешься, записи всех переговоров дипмиссии с отрядом сохранялись полностью.
  Таким образом, дав им нагоняй и простимулировав на будущее, а заодно и проверив на контролируемость звериную сущность своего «фейра», приготовился к встрече дона Карбоно, который бросив все свои дела, самолично примчался в Штир-Штар. Сказать, что дон торопился увидеть и пощупать то, что мы откопали, значит не сказать ничего. Когда он влетел в мой кабинет с чемоданчиком в руках, то первым его словом было:
  — Где?
  — Здравствуйте, дон Карбоно, — поприветствовал я его.
  — Здравствуйте, командор. Не будем тянуть, показывайте, что добыли. Извините мою торопливость, но я своего рода помешан на божественных артефактах. Это моя страсть и можно сказать, что цель всей жизни — собирание и коллекционирование великого наследия прошлых тысячелетий.
  Что же, человек живет своими страстями, это понятно, а потому тянуть не стал и пройдя с доном Карбоно в соседнее помещение, стал выкладывать на широкий стол нашу добычу. Для начала выложил оружие, но, как и ожидалось, внимание дона оно не привлекло. Только один из катцбальгеров он лениво покрутил в руках и бросил его на пол. Еще раз пренебрежительно осмотрел остальное, и смахнул рукой все смертоубийственные орудия вслед за катцбальгером. Оружие с грохотом рухнуло на пол, а я вытащил шлемы. Тут тоже пролет.
  — Красиво, — сказал дон Луис, разглядывая эти поистине произведения искусства, и шлемы последовали вслед за оружием.
  В комнату на шум заглянул мой адъютант Паша Крюков, но, увидев, что все в норме, моментально исчез. Ладно, следующий лот — две фляги с неизвестным напитком внутри. Попадание в точку, так как не менее получаса, дон Карбоно осматривал их в лупу, крутил, вертел и, наконец, изрек:
  — Списываю весь ваш долг, командор. Устраивает?
  — Да, конечно, — подтвердил я и спросил: — Может быть, расскажете, что там внутри?
  Дон еще раз осмотрел фляги, и бережно убрал их в свой чемоданчик. Посмотрел на меня и выдал:
  — Не знаю, командор. Никто точно не знает. Только слухи и байки, о божественном напитке, дающем небывалые и немыслимые возможности обычному человеку. Однако это только слухи, да и оказаться там может совсем не то, о чем я думаю.
  Понятно, тогда продолжим. Выкладываю следующий товар: кольца, браслеты и застежки. На застежки внимания он не обратил, браслетам обрадовался, удовлетворенно кивнул и пододвинул к себе, а вот с кольцами поступил немного непонятно. Большую часть он забрал, пять отодвинул в сторону, и два оставил.
  — За это, — дон указал на кучку возле себя, — дам два миллиона унзо, если хотите, то товаром с подпольного рынка.
  — Хорошо, — согласился я.
  — Это, — палец Карбоно указал на пять колец, лежащих отдельно. — Уничтожьте, лучше всего переплавьте. До добра такие вещицы не доведут, своего рода аккумуляторы, высасывающие жизненную энергию из людей,