Война за Врата. Книга 1-4

ныне даже костей не сохранилось. И на время моего нахождения в замке я как будто преображался. Проблемы и заботы оставались позади, а в душе поселялось благостное умиротворение.
К сожалению, сохранить подобный настрой не всегда удавалось. Груз ответственности за неполный миллион человек, многие из которых, пока я отдыхаю, рискуют своими жизнями, часто не дает покоя, виснет на шее и заставляет отвлекаться. Вот и сегодня, мой отдых был прерван. В свое время я давал указание Отделу Дипломатических Сношений (ОДС) в любое время сбрасывать мне всю важную информацию по родному для меня и большинства воинов отряда «Акинак» миру Земля. И дипломаты не стеснялись, чуть, что-то не так, сразу доклад.
Вот и получилось, что только я позавтракал, и вышел из-за стола, как появился мой бессменный личный порученец и секретарь Паша Крюков, здоровяк из бывших омоновцев. На удивление многих он оказался не просто дуроломом с большими кулаками и отличной реакцией, но еще и весьма продуманным по жизни человеком, который четко и ясно понимал, что и когда он должен сделать, кого послать далеко-далеко, а кого приветить и без очереди пропустить к начальству, то есть ко мне. Пока Паша не ошибался ни разу, с обязанностями справлялся, и я его не менял, работает и ладно, человек верный и обо всем, что происходит в отряде знает не понаслышке.
— Командор, — добродушное лицо Паши приняло несколько виноватое выражение, — парни полковника Мита, по отрядной информсети, вызывают. Мне самому разобраться и подтвердить получение информации или пообщаешься с ними?
— Кто на связи?
— Полковник Молокаев.
Оглянувшись на любимую супругу, которая в детской коляске катила в зимний сад сына, подобно Крюкову я сделал виноватое выражение лица, и она меня поняла. Екатерина улыбнулась и сказала:
— В полдень у нас гости. Не опаздывай.
«Ну да, гости это святое, — подумал я, — особенно если это родственники жены, ее отец Великий Князь Романский, он же глава ССГ (Союза Славянских Государств) Иосиф, с женой Великой Княгиней Ольгой».
— До обеда управлюсь, — сказал я, — дело, наверняка, пустяковое.
После этих слов, никого не стесняясь, я поцеловал любимую женщину в губы, и отправился в расположенный рядом со спальней на первом этаже кабинет. На своем временном рабочем месте, я расположился в удобном кресле и, оглядев обстановку, хмыкнул. Все течет и изменяется. Раньше одним письменным столом обходился, карандашом и стопкой бумаги, а теперь на столе два мощных грайянских компьютера, а на стенах шесть плазменных панелей производства корпорации-государства «Таль-Ишимит». Удобно, спору нет, весь мир в кармане, и из своего кабинета, хоть в Рудияре, хоть в Штир-Штаре, я могу дотянуться до любого отрядного сегмента или хозяйственного управления. Однако до сих пор к такому положению дел не привыкну, и каждый раз, начиная работу, немного дивлюсь модернизации рабочего места.
— Панель номер один, — отдал я голосовую команду и тут же включился центральный экран с типовой отрядной заставкой, на черном фоне красный громовник и парящий над ним красный ястреб с мечом в когтях. — Соединение с миром Земля, абонент полковник Молокаев.
Около пяти секунд шло соединение, заставка пропала, и я увидел насупленное скуластое лицо сорокалетнего брюнета в военном мундире. Судя по деловой обстановке кабинета, который был похож на мой, но поскромнее, Молокаев находился на в представительстве ОДС в Москве.
— Здравия желаю, командор, — поприветствовал меня полковник. — Извиняюсь, что побеспокоил вас в выходной день, но дело неотложное.
— Все в норме. Что случилось?
— Двадцать минут назад на президента России Лыкова произошло покушение. Он тяжело ранен и находится в больнице. Ему вовремя вкололи дозу жидкого «юттива», так что жизнь Андрея Сергеевича вне опасности. Но как минимум на двенадцать часов он выведен из строя и будет находиться в бессознательном состоянии.
— Кто совершил покушение?
— Пока не выяснено. Лыков рано утром посетил один из подмосковных детских домов, а затем в Люберцах, на открытии нового завода, речь толкал. Там-то его и достали. Из толпы выскочил молоденький паренек лет пятнадцати, выкрикнул что-то про фашистов, и подорвал себя. В итоге семь убитых, около сорока пяти раненых и сильно побитый президент, который чуть было не погиб.
— Это все?
— Нет. В Москве вот-вот начнутся погромы. Народ на взводе и готов рвать на куски каждого, кто против Лыкова выступал или прежнюю власть поддерживал. Указания по этому поводу будут? Решение я принял сразу:
— Не вмешиваться. Рота наших спецов должна остаться в казармах. Усилить охрану дипломатического представительства. Следить за ситуацией