Война за Врата. Книга 1-4

бесконечные сумерки и только несколько тусклых и мерцающих аварийных ламп, все еще работающих в самых разных частях станции Герои Каидиса, немного рассекали тьму. Кругом царила мертвенная тишина древней усыпальницы, и причина ее была неизвестна. Дозиметры показывали фон в двадцать один микрорентген, что является нормой, а газоанализаторы давали информацию, что воздух чист и не содержит вредных примесей. Но людей вокруг не было и «акинаки» двинулись дальше. Они прошли мимо красивых монументальных настенных панно из мозаики, на которых был изображен подвиг бросающихся на врага в последнюю рукопашную схватку героев из города Каидис. Затем пересекли большой палаточный город, который жители метро бросили в большой спешке, не забрав многие ценные на сегодняшний день вещи. И только после этого они нашли людей.
Огромный высокий зал с внушительными мраморными колоннами, каждая из которых достигала в высоту десяти метров, был до отказа забит гниющими трупами. Тысячи людей, в последний свой час собрались в одно место, чтобы умереть и, судя по всему, каждый из них погибал в страшных мучениях, а смерть пришла к ним не так давно, может быть, пять-семь дней назад. Маска невыносимого страдания и боли застыла на опухших лицах жителей метро, а усугублялась страшная картина тем, что их обнаженные части тела были покрыты крупными черными точками, усеивавшими кожу.
— О Великий Магалиши! — в ужасе, вскрикнула стоящая за спиной Давы девушка Лана. — Это Болезнь Лакимана, вирус, которым нас в детстве пугали. Давно, лет четыреста назад, от него множество людей умирало, и защиты от этой напасти не было. Долгое время считалось, что болезнь исчезла, а вот сейчас, она вновь появилась.
— Это болезнь заразна?
— Очень. Вирусная инфекция, вроде простуды, которая передается воздушно-капельным путем. Смерть наступает через двое суток, редко трое. Ходили слухи, что в Султанате Шаранга на основе этой болезни создали бактериологическое оружие, но никто к таким новостям всерьез не относился.
— Наверное, добытчики, которые на поверхность ходили, притянули вирус в убежище. Будем надеяться, что нам это не грозит, мы в скафандрах. Однако удивительно, что тела до сих пор не тронуты зуриками.
— От этой болезни гибнут все живые существа, а не только человек. Наверное, зурики чувствуют для себя опасность и обходят это место стороной даже, несмотря на свой вечный голод.
— А почему люди в одном месте собрались?
— По нашей вере в Великого Магалиши, если люди умирают вместе, то им легче дается переход в иной мир и в следующем перерождении они будут более счастливы, чем в этой жизни.
Девушка всхлипнула и отвернулась от величественного зала, который стал кладбищем. Брат прижал ее вздрагивающее тело к себе, а Дава кивнул на трупы одному из Меченых:
— Возьми пробы, пусть наши ученые посмотрят, что здесь за ужасная болезнь.
Вскоре Меченые покинули пораженную болезнью Лакимана станцию, и направились к другой. Снова переходы и под ногами отсвечивающие на свету фонарей яркими бликами ленты стальных монорельсов. И только попадающиеся на пути одинокие трупы погибших от вируса людей, которые стремились добраться до следующей станции, не давали забыть об оставшемся позади поселении.
К следующему анклаву подземников разведчики подошли через несколько часов. Но здесь, как и ожидали Меченые, дорогу преграждал закрытый бронелюк, который отсек пятую станцию Северной Ветки, носившую название Президентская, от всего остального мира. Рядом стояла табличка с надписью, извещающая о том, что с этой стороны никто внутрь не войдет, так как на Героях Каидиса опасная эпидемия. К счастью для «акинаков», невдалеке находился проход вниз, про который мало кто знал, и они смогли обойти закрывшееся от всех поселение, и выйти на третью от края станцию, Север-Плюс.
Вот здесь, разведчикам уже пришлось переодеться. Они спрятали свои бронескафы в рюкзаки и, имитируя местных жителей, от которых теперь мало чем отличались, двинулись на станцию, проход на которую был свободен и на нее мог пройти каждый, кто мог за себя постоять. Это место было третьим, которое особо запомнилось Меченым и их проводникам. Чем? Догадаться несложно. Суетой и беготней, криками и матами, постоянными кривыми взглядами, большим многолюдством и палаточным городком. А помимо этого, торговыми рядами, в самом затемненном углу станции, где продавали патроны, одежду, тушки зуриков, мятые консервные банки, от которых фонило радиацией, концентратами из аварийных запасов и пластами вяленого мяса, понятно из кого. На Севере-Плюс, как и на Концевой Северной и Профессорской, пройденной «акинаками» на следующий день, крепкой власти не было, хотя имелся какой-то