Война за Врата. Книга 1-4

на собственном опыте. А отладить работу такой структуры как НКВД, совсем не так легко, как это может показаться. И служили там не инопланетяне с лунатиками, а такие же граждане страны Советов, как и все остальные, так что, наверняка, ошибок и перегибов на местах хватало, поскольку человеческий фактор никто не отменял.
— Странно, — улыбнулся журналист, — я считал, что Сталин ваш кумир.
— Эту басню состряпали люди, которым выгодно провести параллель Сталин-Кудрявцев, два милитариста-диктатора, которые желают покорить мир, в моем случае, все миры.
— А разве вы не похожи?
— Конечно, нет, хотя, на многое мы могли бы реагировать одинаково. Иосиф Виссарионович был политиком, мечтающим о всеобщем социальном равенстве и обществе равных возможностей, а я являюсь феодалом, который четко делит людей на «своих», «чужих», «союзников» и «врагов», и категорически не приемлет лозунги: «Все люди — братья!» и «Вся власть — Советам!» Своих братьев я знаю, и новых, со стороны, мне нужно, да и всеобщего равенства, пока, добиться нереально, тем более что не все к этому стремятся. Многим уютно и спокойно в своем болоте, и тратить кусок своей жизни на то, чтобы попытаться кардинально изменить их жизнь и отношение к государственному строю, я не собираюсь. Хочешь быть свободным, не проблема, борись за это и получи свободу как награду. Ну, а если индивид всем доволен, и его хватает только на то, чтобы за бутылкой пивка или водочки, на кухне или перед зомбоящиком поругать правительство, то пусть он сидит на жопе ровно, и не отсвечивает. А то знаем мы таких патриотов, во всем виноват президент, жиды, масоны, кавказцы, советская власть, америкосы и русские оккупанты. Хрена там! Каждый отвечает сам за себя, и чтобы изменить жизнь к лучшему, надо понимать, что в бедах и неустроенности бытия конкретного человека виновата система, порожденная всеобщим равнодушием, наплевательством и безыдейностью. И дабы ее сломать, необходимо суетиться, не быть равнодушным и покорным, много работать и быть готовым к тому, чтобы отстоять свои права, не только словами, но и силой оружия.
— Необычная точка зрения…
— Наоборот, Илья, самая обычная. И ты думаешь точно так же, только словами это выражаешь несколько иначе. Просто вспомни себя два года назад, во время революции. Сколько людей вокруг было, а сколько пошло за тобой? Четыре человека, кажется. Я не ошибаюсь?
— Да, это так, — согласился Шульженко.
— А где были остальные? Наверняка, сидели перед экраном телевизора или монитором компьютера и кричали: «Давай, Илья, гаси воров и наркоторговцев!». А когда ты обращался к этим крикунам за помощью, в лучшем случае, замирая от страха, они закрывали перед тобой двери, а в худшем, бежали сдавать тебя своим кураторам из ФСБ или местным криминальным авторитетам.
— Было такое, — посмурнел журналист, на миг замолчал, собрался, и продолжил: — Однако, командор, вернемся к интервью. Вы достигли таких высот, о каких большинству людей приходится только мечтать. Не опасаетесь ли вы того, что подобно СССР, ваша структура загниет и развалится?
— Честно говоря, никогда об этом особо не думал, слишком мало времени прошло с того дня, как был основан отряд «Акинак», а я стал герцогом Ардонским. В принципе, как и в любой структуре, у нас возможны кризисы, и мы их переживем. А все потому, что «Акинак» это не просто военная организация с прилепившимися к ней гражданскими людьми. Это сообщество людей одной крови, которые имеют общее понимание того, что хорошо, а что плохо. Они идут по одному пути развития, с которого свернуть нельзя, так как есть командор и несколько контролирующих всю систему организаций, так или иначе, но присматривающих друг за другом.
— И одна из таких организаций Орден Меченых?
— Орден это не спецслужба — это мои братья, которым не надо давать мотивацию на действие, потому что она у них есть от рождения. Меченые принимают меня как старшего брата и лидера, и пойдут за мной до конца, даже если я останусь совсем один. Они не полиция, не солдаты и не спецназ. Меченые следующая ступень развития человечества и пример для всех развивающихся людей. Это те, кто благодаря родству с Предтечами, смогли подняться над понятием «обычный человек».
— То есть, они полубоги?
— Нет. Всего лишь люди, но необычные, Одаренные, которые могут, когда-нибудь, через сто, двести или тысячу лет, постоянно самосовершенствуясь, не сворачивая в сторону и постоянно перебарывая себя, стать полубогами. Это возможно, но путь труден, и пройти его до конца, наверное, невозможно.
— Почему?
— Вот этого я не знаю. До нас, были десятки тысяч Одаренных, и ни один из них не поднялся до уровня, как ты говоришь, полубога, хотя все к этому стремились.