Возвращение

и Кир снова замер, а потом не выдержал и оглянулся, скользнул глазами вдоль строя курсантов.
Где-то в самой глубине его души жил страх встретить в глазах парней насмешливое любопытство и даже злорадство. Кейрош прекрасно отдавал себе отчет, что предыдущие семь лет не был святым и наверняка найдутся те, кто сейчас предвкушает зрелище. Если не большинство.
На него действительно смотрели ВСЕ. Кириан застыл в перекрестье этих взглядов, как на линии огня. На какое-то бесконечно долгое мгновение ему показалось, что он просто не выдержит этого. И тут все изменилось.
Когда стоишь по стойке смирно, выразить свое отношение жестами трудно. Именно поэтому по негласному обычаю курсантов Рандара был выработан тайный знак — плотно стиснутый кулак с отставленным большим пальцем, резко, с силой, с хлопком прижатый к канту форменных брюк на бедре. Вроде строй не нарушен, а вроде и…
Кир не понял, как — как?! — они умудрились сделать это одновременно… но все курсанты, от первачков до ар’гардов, в едином порыве, не отрывая взгляда от застывшего в центре плаца приговоренного, слитно выполнили именно этот жест.
«Вместе навсегда!»
Знак курсантского братства и поддержки. Высшая степень уважения.
Кириан поймал один взгляд, другой… третий, пятый… скользил вдоль строя и не верил себе.
Как они на него смотрели! И барсята… такого восхищения в их глазах он не видел ни разу за все время, пока был их барсом!
Еще полгода назад он душу бы продал за такой момент славы и всеобщего признания. А сейчас ему отчего-то стало неловко. Он попал в цель, в которую не метил. Ведь он же не ради этого!
Кир еще раз, уже совсем другими глазами, прошелся вдоль строя… туда, где стояли преподаватели… потом опять метнулся взглядом к барсятам… а вот соколы… И каждый смотрит так, будто повторяет слова Норра: держись, мы с тобой!
Он продолжал ощущать эту безмолвную всеобщую поддержку даже когда отвернулся и двинулся к «эшафоту». И от нее, несмотря на ужас ситуации, в груди разливалось непривычное тепло. Князь, привыкший воевать один против всех, как никогда ясно понял, что сейчас ему простят все. Даже если он не выдержит и закричит.
А он не закричит!
Как в тумане он видел инспекторских исполнителей, налаживающих что-то там в приспособлении. Здоровые, будто специально отбирали. Ничего… уже немного осталось…
Как вдруг на весь плац раздался громовой рык:
— Прекратить немедленно!!! — генерал Грарард появился на плацу с опозданием, но зато эффектно. — Это академия Рандар, а не тюрьма для малолетних преступников! — Он прожег взглядом инспектора, уже открывшего было рот, чтобы запротестовать. — Я не позволю использовать тут подобные варварские приспособления! Убрать!
— Генерал Грарард! — начал было инспектор, в свою очередь наливаясь ядовитым гневом. — Вы подписали приказ, в котором говорится, что исполнение наказания передается под юрисдикцию Инспекторского Надзора!
— Инспектор Блейр! — не менее гневно рявкнул ректор. — Я подписал приказ о наказании ар’гарда! Выпускника академии! А не базарного воришки! Извольте уважать наши традиции!!! И наших курсантов! Убрать эту мерзость! Если уж вы настаиваете на подобном наказании, оно будет исполнено как подобает, без унижения чести дворянина!
— Это будет включено в отчет, имейте в виду! — желчно проскрипел старик.
— Ваше право. А теперь давайте начинать.
Кир почувствовал, как от облегчения у него подкашиваются ноги. И в тот же момент встретился со взглядом генерала, в котором была… благодарность? Он тоже знает?!
Мастер Грарард. Человек, чей авторитет уже не мог подняться выше. И тем не менее поднялся.
Да к торку теперь любую боль! Перетерпит! Ему всего лишь предстоит снять куртку, подойти к расположенному посреди плаца турнику и, взявшись за перекладину обеими руками, выдержать сколько-то там ударов длинного гибкого хлыста по спине. Ерунда! По сравнению с тем, чего удалось избежать.
Он будет стоять сам, держаться сам, и если боли не избежать в любом случае, то по крайней мере его достоинство не втопчут 8 пыльные камни плаца!

Глава 26
Иллис еще больше встревожилась, сама не понимая почему. Общее построение? Днем? Такого она ни разу не видела в академии. Незаметно подобраться к задним рядам было просто, тем более по краю плаца с этой стороны как раз зацвел додрок, и пышные кисти в обрамлении крупных глянцевых листьев могли скрыть армию, а не только щуплую девчонку, имеющую звание мастера. У которой в голове вертелась одна мысль. Что-то случилось… что-то случилось…
Она и так со вчерашнего дня не находила себе места. Вопреки планам, ей пришлось не просто встретиться