Русская писательница детективов Ирина Волкова, проживающая в Барселоне, по объявлению записывается в группу Творческой поддержки. Ее основательница Джейн Уирри хочет помочь людям искусства избавиться от творческих блоков, мешающих им добиться успеха. Ирина на первом же занятии вызвала неприятие Джейн, и та выставляет ее из группы.
Авторы: Волкова Ирина Борисовна
считала неотъемлемым символом престижа и благосостояния и получала несказанное удовольствие, демонстрируя его едущим в вагоне пассажирам. С каждой станции она перезванивала своим знакомым и громогласно сообщала, что они только что проехали Прат-де-Лльобрегат, Гава или Виладеканс и уже приближаются к нужной остановке.
Лучащийся самодовольством путешествующего первым классом миллиардера глава семейства заметил пропажу мальчика лишь в тот момент, когда механический голос объявил, что следующая остановка — Кастельдефельс. Именно тут они должны были выходить.
На вопрос, куда подевался ребенок, жена равнодушно ответила, что он пошел в туалет, и продолжила разговор по сотовому телефону.
Красавец с орлом подскочил к туалету и, молотя по двери кулаками, заорал, чтобы сын немедленно выходил.
— Не могу, я какаю! — иерихонской трубой завопил из-за металлической двери ребенок.
По какой-то непонятной причине андалузцы даже в спокойном состоянии разговаривали на столь повышенных тонах, что одна семья по уровню шума, особо не напрягаясь, запросто могла заглушить пару авиационных двигателей, если же они возбуждались, поднимался такой гвалт, что и мертвый бы восстал из гроба.
Когда разъяренный глава семейства извлек наконец натягивающего штаны ребенка из туалета, двери вагона уже захлопнулись. Увлеченная телефонным разговором жена настолько отключилась от окружающего мира, что даже не заметила, как они проехали свою остановку.
Покорившись судьбе, золотоносный мачо со вздохом уселся на свое место, а ребенок тем временем снова шмыгнул в туалет.
На остановке Кастельдефельс-Плайя вновь повторилась та же история. Взбешенный отец крушил кулаками металлическую дверь, сын вопил:
«Я какаю”, а его мамаша увлеченно кричала в телефонную трубку, что они уже подъехали совсем близко и скоро должны выходить.
Пассажиры уже даже не смеялись, а корчились, кашляли и задыхались от хохота, поскольку двери вагона, как и в прошлый раз, захлопнулись точно в тот момент, когда юный андалузец вывалился из туалета.
Схватив ребенка за шкирку, чтобы он больше не улизнул, глава семейства яростно обрушился на жену, обвиняя ее в том, что она не следит за сыном, а только и делает, что треплется по мобильному телефону, даже не заметив, что они уже давно проехали нужную станцию.
— Разве можно так жить? Один срет целый день, другая от телефона не отлипает! — метал громы и молнии папаша.
— Разве я виноват, что хочу какать? — плаксиво орал мальчишка.
— Я что — не имею права по телефону поговорить? — возмущенно визжала жена.
Пиликанье скрипочек прекратилось. Теперь в динамиках во всю мощь развернулся симфонический оркестр, наяривая что-то по-вагнеровски героическое.
Семейство оливководов вывалилось-таки из вагона на станции Гарраф, но пассажиры, и я в том числе, еще долго не могли успокоиться и истерически хохотали до самого Ситжеса.
На платформу я спрыгнула в прекрасном настроении, решив, что путешествовать на электричке гораздо занимательнее, чем на машине.
Свернув на ведущую к комиссариату полиции пешеходную дорожку, я задержалась, уловив краем глаза знакомые очертания в витрине туристического агентства. Снова Столовая гора! Надо же, как мне на нее везет!
«Невероятные скидки, — гласило объявление. — Заплатите за билет до Парижа — и летите в Южную Африку”.
Убеждая себя, что делаю это из чистого любопытства, я зашла внутрь и попросила рекламный буклет по Южной Африке. Цены на билеты действительно были прямо-таки бросовыми, но действовала скидка только в течение ближайшей недели.
Засунув буклет в сумочку, я продолжила свой путь к полицейскому управлению. Внутренний голос коварно искушал меня, нашептывал на ушко, что столь потрясающие скидки — настоящий подарок судьбы, а здравый смысл резонно возражал, что скидки в Испании предлагаются круглый год, за исключением разве что июля к августа — традиционного периода отпусков. Подумаешь — дешевые билеты! Это вовсе не означает, что нужно бросать все и сломя голову нестись в Южную Африку. Столь благоразумное решение я приняла, распахивая дверь комиссариата полиции.
— Я высажу тебя у дома Дидье, а сам посижу у тетки, — сказал Примитиве, ловко вписываясь в повороты взбирающейся на холм дороги. — Еще одного визита к этому типу я уже не вынесу. Он и так в комиссариат по десять раз на дню названивает, спрашивает, когда я верну ему мумию. Я вообще перестал к телефону подходить. Коллеги выручают, отвечают, что меня нет. Обрати внимание, это дом моей тетки. Его легко запомнить по лепным изображениям херувимов на воротах. Лермит
