Возвращение Крестного отца

даже до травм доходило!
— Прекрасная квартира! — поспешил сменить тему Майкл.
Дому, в котором располагалась новая квартира Франчески и Билли, исполнилось более ста лет. Когда-то это был особняк, но теперь его разделили на четыре просторные квартиры. Ван Арсдейлам, поселившимся на первом этаже, достался бывший бальный зал, который превратился в гостиную, столовую и кухню. На теплом деревянном полу с удовольствием играл Санни. Франческа была в восторге. Никогда в жизни она не жила в таком элегантном старинном доме. Здесь даже солнце светит по-другому! По несколько раз на дню она обходила комнаты, не в силах поверить, что это действительно ее дом!
Выглянув в окно, Франческа увидела Альберта Нери, сидящего в лимузине.
— Давайте пригласим вашего шофера! — предложила она, когда все устроились за столом. — Наверное, он проголодался!
— Он уже поел, — коротко ответил Майкл. — Мистер Нери очень рано встает.
За завтрак Франческа не слишком беспокоилась. Ведь из взрослых гостей — только дядя Майкл, а уж угодить детям она всегда умела! Тем не менее она извинилась, на случай если кому-то не понравятся сосиски. Она ведь в городе недавно и еще не разобралась в магазинах. Булочки тоже далеки от идеала, но гости уписывали за обе щеки. Эх, если бы не беременность, она бы съела большой кусок шоколадного торта! Ладно, пусть дети радуются!
Хорошо, что нашлись какие-то темы для разговора! Про тетю Кей Франческа спрашивать не решалась, хотя сгорала от любопытства. Корлеоне же католики, как же смогли развестись дядя Майк и тетя Конни, которая была замужем за Эдом Федеричи всего несколько месяцев? Почему же тогда Стэн из винного не женится на маме? А что, если ей придется разводиться с Билли? Что будет с детьми?
— Очень жаль, что вы расстались с Кей, — сказал Билли. Сказал, и все, а Франческа боялась спросить! Молодая женщина не знала, упрекать ли мужа за бестактность или восторгаться смелостью.
Майкл грустно кивнул, и племянница сочувственно коснулась его руки.
— Помню, мы с братом в детстве мечтали, чтобы родители развелись, — признался Билли. — А вы с Кей…
Франческа пнула его под столом.
— Наверное, у всех получается по-разному, — как ни в чем не бывало продолжал Билли. — Вы часто видитесь с Тони и Мэри?
— Не так часто, как хотелось бы, — спокойно ответил дядя Майк. — Буду стараться уделять им больше времени!
— У папы новый самолет! — гордо заявила Мэри. — Теперь он будет часто-часто к нам прилетать.
Тони взял второй кусок торта, хотя еще не доел тот, что лежал на тарелке.
— В Нью-Йорке у меня есть небольшая квартирка, где я останавливаюсь, когда приезжаю по делам, — рассказывал Майкл. — Пожалуй, стоит подыскать что-то побольше, чтобы дети могли жить со мной, когда я бываю в городе.
— Мне по-прежнему кажется, что вся семья живет в Нью-Йорке и только собирается переезжать в Неваду, — грустно сказала Франческа. — Кажется, я безнадежно отстала от жизни…
— На шесть лет, — уточнил Майкл, — из них четыре года в Тахо. Мне не хочется продавать особняки в Вегасе и Тахо. Они слишком большие, а для Тони и Мэри это и есть дом! Дом нужен каждому!
— Сейчас все иначе, — вмешался Билли. — Люди стали мобильнее, на месте не сидят! Вот мы с Фрэнси за три года совместной жизни сменили три адреса!
— Странно, несмотря на проведенные во Флориде годы, домом я считаю Нью-Йорк, — призналась Франческа. — Наверное, нужно было идти в колледж вместе с Кэтти! Ей так нравится в Нью-Йорке…
— Но тогда бы мы не встретились! — с ужасом проговорил Билли.
Франческа взглянула на мужа. Он казался таким испуганным и удрученным, что лед в ее сердце растаял.
— Ну что ты, любимый! — воскликнула молодая женщина, нежно касаясь его щеки.
— Фрэнси и Би-бой! — закричала Мэри. — Тони, спой песню про любовь!
— Пап, пусть она заткнется! — возмутился Тони.
Майкл Корлеоне поднял кофейную чашку:
— За любовь!
Лучше не скажешь!
Дети перестали ссориться и с жаром поддержали тост. Только Билли не проявил должного энтузиазма.
Гости собрались уходить, а Франческа передала большое блюдо с сосисками и сыром для телохранителя.
Ван Арсдейлы стояли на крыльце и махали удаляющемуся лимузину.
— Ты говоришь, что любишь мою семью, — начала Франческа. Санни носился по улице, пиная мишку, словно футбольный мяч, — но дядю Майкла не выносишь.
Разговор уже не в первый раз касался этой темы. Почему бы не избавиться от последнего табу?
Билли не ответил, только крикнул, чтобы Санни не играл на проезжей части. Вообще-то мальчик играл на тротуаре, и все же Ван Арсдейл поднял сына на руки и унес в дом.
Вечером,