Возвращение Крестного отца

следы так искусно, что ни друг, ни враг, коп или capo не смогут восстановить реальный ход событий.
Кто мог предположить, что Майкл приказал убить Барзини и Татталья, собственного caporegime Тессио и мужа своей сестры, не говоря о второстепенных убийствах, связанных с названными выше, потом смог договориться о прекращении огня, а воспользовавшись хрупким перемирием, инсценировал авиакатастрофу, подставив под удар Ника Джерачи, недавно произведенного в capo, и Тони Молинари, давнего и надежного союзника? О том, что Джерачи или Тони Молинари предавали Майкла, не было известно в основном потому, что они его никогда не предавали.
Кто знал, для чего предназначались деньги, которые привез в кожаной сумочке Фонтейн? Все, даже Хейген, поверили, что это инвестиции в казино на озере Тахо.
Майкл сидел, постукивая по старым швейцарским часам, подаренным капралом Хэнком Вогельсоном. Кто мог предположить, что человек, видевший, как японские самолеты, управляемые камикадзе, взрывались, уничтожая целые казармы, сам хладнокровно спланирует авиакатастрофу?
Каждое утро Фаусто Джерачи-старший вставал раньше всех, варил кофе, в одних боксерках выходил на задний дворик и устраивался на раскладном стуле, читая свежие газеты и покуривая «Честерфилд». Покончив с чтением, он смотрел на пустой плавательный бассейн. Даже присутствие внучек не могло выбить его из привычной колеи.
Горькие мысли разъедали сердце Фаусто сильнее, чем серная кислота. Жизнь не удалась, и он винил в этом всех окружающих. Сколько лет подряд он поднимался в несусветную рань, залезал в замерзший грузовик, перевозил всевозможные грузы, бывало и такие, что представить невозможно! Какие только машины не водил! Угнанные, обгоревшие, напичканные трупами! Зачастую приходилось работать грузчиком и носильщиком, но Фаусто не роптал. Он искренне верил, что итальянцев все ненавидят, и был душой и сердцем предан Винни Форленца и его семье. Даже в тюрьме отсидел! Разве он жаловался? Никогда! Для всех он был скромным водителем Фаусто — невозмутимым, как вол, безропотно выполняющим приказы. Он столько сделал для семьи, что жена давно перестала молиться о спасении его души. А разве его считали равным? Нет! Естественно, ему платили, так даже неграм и евреям платят больше, чем Фаусто Джерачи. Наверное, он должен был быть благодарным за должность в профсоюзе грузоперевозчиков. Ха! Он так и остался марионеткой! Платили неплохо — а как иначе? — ведь приходилось целыми днями сидеть в душном кабинете, выслушивая мелкие жалобы разных лентяев. Тем не менее он делал свою работу. Несколько лет он провел, решая проблемы других людей. А кого волновали проблемы Фаусто Джерачи? И вот однажды, после стольких лет безупречной службы — бац! — и его просто выбросили. Должность отдали другому. Джерачи даже не стал интересоваться почему. Хватит с него унижений! Естественно, он получил щедрые откупные, поблагодарил дона Форленца и ушел. Старый верный Фаусто!
Господи, ну что у него за дети?! Дочь — высохшая старая дева, учительница, переехала в Таскон специально для того, чтобы испортить ему жизнь. Каждый вечер после уроков она навещает отца и начинает зудеть: «Съешь то, не ешь это! Сколько сигарет ты сегодня выкурил?» И так без конца! А мальчишка, названный в его честь? Всю жизнь считал себя лучше других, а мать его поощряла! И надо же, преуспел во всем: женился на блондинке с огромной грудью, поступил и окончил не только колледж, но и юридическую школу! А что за игра в пилотов? Сплошной фарс, чтобы доказать, что он не какой-то водитель грузовика, а пилот, самолеты водит! Да он из кожи вон лезет, чтобы оскорбить отца! А что за имя он выбрал для бокса? Эйс Джерачи! Тьфу, стыд один! Неужели этот заморыш не понимает, кому обязан всем, что имеет? Наверное, Винни Форленца или молодой выскочка Майкл Корлеоне для него дороже, чем родной отец!
Прежде чем остальные просыпались и начинали его донимать, Фаусто убирал стул и шел одеваться в гараж. Облачившись в халат и тапочки, он убирался во дворе. Барб и Бев по дороге в школу всегда останавливались, чтобы поцеловать дедушку. Как ему хотелось объяснить дурочкам, что этот страшный мир скоро проглотит их с потрохами, но вместо этого он только улыбался и желал внучкам доброго утра.
Затем Фаусто переодевался, брился и отправлялся на трейлерную стоянку, где жила Кончита Круз. Она едва говорила по-английски, но, встретившись в баре вскоре после приезда Фаусто, они быстро нашли общий язык. Кончита произносила его фамилию как «Хейраси», хотя даже это было лучше, чем то, как представлялся его собственный сын. Иногда они занимались сексом, однако чаще просто проводили