Возвращение мумии

брюки.
На Сари была ярко-зеленая маечка и выцветшие джинсовые шорты. Разумеется, она вовсю уже ухохатывалась надо мной. Скверное начало.
— Это был твой друг? — поддразнила меня она.
— Я… ошибочка вышла, — признался я. Оглянулся назад. Мужчина до сих пор с возмущением смотрел на меня.
— Ты что, действительно решил, что это мой папа? — допытывалась Сари.
Я что-то промямлил в ответ. Мы с Сари ровесники. Тем не менее, я обнаружил, что она по-прежнему на дюйм выше меня. Она отпустила свои длинные черные волосы и заплела их в длинную косу, спадающую на спину.
Ее темные глазищи сияли от восторга. Она всегда не прочь посмеяться надо мной.
Пока дороге к багажной зоне, куда мы шли за моим чемоданом, я рассказывал им, как прошел у меня полет. Рассказал и как Нэнси, стюардесса, все время подсовывала мне пакетики с арахисом.
— Я прилетела на прошлой неделе, — сообщила мне Сари. — Так мне стюардесса разрешила сидеть в салоне первого класса. Ты знал, что тем, кто летит первым классом, подают бесплатно мороженое?
Нет, я этого не знал. Я только понял, что Сари нисколечко не изменилась.
Она учится в школе-интернате в Чикаго, поскольку дядя Бен все свое время проводит в Египте. Разумеется, она круглая отличница. Да вдобавок еще и чемпионка по теннису и лыжам.
Иногда мне даже становится ее немного жаль. Ее мама умерла, когда Сари было пять лет. А отца она видит только по праздникам и летом.
Но пока мы ждали, когда мой чемодан покажется на конвейере, я совсем ее не жалел. Она только и делала, что бахвалилась — дескать, эта пирамида в два раза больше чем та, в которой я побывал на прошлые каникулы. И что она уже побывала там несколько раз, и как она мне все там покажет — если, конечно, я не боюсь.
Наконец, мой раздутый синий чемодан появился. Я сволок его с транспортера и бросил к ногам. Он весил тыщу кило!
Я попытался поднять его, но не сумел даже сдвинуть с места.
Сари отодвинула меня в сторону.
— Дай-ка я возьму, — заявила она. Ухватилась за ручку, подняла чемодан с пола и понесла его к выходу.
— Эй! — крикнул я ей вслед. Ну что за выскочка!
Дядя Бен усмехнулся.
— Думаю, Сари качается, — сказал он. Положив руку мне на плечо, он повел меня к стеклянным дверям. — Идем в джип.

Мы водрузили чемодан в багажник джипа и поехали в сторону города.
— Весь день здесь стоит жара и духота, — сказал мне дядя Бен, вытирая лоб платком. — А потом наступает прохладная ночь.
Машины еле тащились по узенькой улочке. Непрерывно гудели клаксоны. Водители давили на клаксон независимо от того, едут ли они или стоят на месте. Шум был оглушающий.
— В Каире останавливаться не будем, — сообщил дядя Бен. — Мы поедем прямо к пирамиде в Аль-Джизе. Мы живем там в палатках, чтобы держаться поближе к месту работы.
— Надеюсь, ты захватил спрей от насекомых, — простонала Сари. — Комары там размером с лягушек!
— Не преувеличивай, — укоризненно сказал дядя Бен. — Гейб не боится нескольких комаров… не боишься же?
— Ни капли, — тут же ответил я.
— А как насчет скорпионов? — осведомилась Сари.
Движение сделалось легче, когда мы оставили город позади и устремились в пустыню. Желтые пески сверкали под жарким послеполуденным солнцем. Волны жара вздымались перед нами, когда наш джип подпрыгивал по узкой двухсторонней дороге.
Вскоре впереди возникла пирамида. За волнами жара она походила на колеблющийся мираж. Она казалась нереальной.
Когда я смотрел на нее из окна, от волнения у меня перехватило горло. Я уже видел пирамиды в прошлом году. Но все равно это было потрясающее зрелище.
— Поверить не могу, что пирамидам четыре тысячи лет! — воскликнул я.
— Ага. Они даже старше меня! — пошутил дядя Бен. Его лицо стало серьезным. — Каждый раз, когда я вижу их, меня переполняет чувство гордости, — признался он. — Мысль о том, что наши древние предки были настолько умны и мастеровиты, чтобы создавать подобные чудеса.
Дядя Бен был прав. Думаю, пирамиды столь много значат для меня потому, что вся наша семья — египтяне. Мои предки с обеих сторон прибыли из Египта. Они переехали в Соединенные Штаты в тридцатых годах. Мои мама и папа родились уже в Мичигане.
Я считаю себя типичным американским мальчишкой. Но есть что-то невыразимо волнующее в посещении страны, откуда родом все твои предки.
Когда мы подъезжали все ближе и ближе, пирамида словно вырастала у нас на глазах. Тень ее длинным синим клином взрезала желтый песок.
На тесной автостоянке скопились автомобили и туристические автобусы. Рядом с нею, стоя в ряд, топтались оседланные верблюдов. Толпы туристов