Возвращение призраков

никогда еще дом не казался ей таким унылым, даже в день похорон матери.
— Вчера вечером вы говорили мне, что не обладаете даром телепатии, — сказал Эш. — Думаю, вы ошиблись.
— Если бы обладала, я бы, конечно, знала об этом, — быстро ответила Грейс.
— Может быть, этот дар — некоторые называют его проклятьем — большую часть жизни дремал в вас. Может быть, он был у вас в детстве, а потом на годы вы утратили его. Иногда взрослые занятия вытесняют определенные способности. Или, может быть, вы сами отрицали эту способность, потому что боялись ее. Поверьте мне, я один из тех, кто знает правду об этом.
— Вы сами телепат. — Это был не вопрос.
— Иногда.
— Я не думала, что это проявляется иногда.
— События — травмы — могут отключить эту способность.
— И вы думаете, что это случилось со мной?
— Нельзя сказать наверняка. Но вчера, когда я впервые встретил вас у церкви, что-то произошло между нами.
— Я ощутила, будто в меня ударила молния. Вы предполагаете, что между нами существует какая-то телепатическая связь?
Она вспомнила свое ощущение, когда прошлым вечером входила в ресторан, и схожее чувство всего несколько минут назад, когда Эш вошел в дом, «знание» о его присутствии; ни то ни другое нельзя было назвать ударом молнии, но тем не менее, это было особое ощущение.
Эш последовал за ней через прихожую и теперь оказался рядом. Она положила ладонь ему на грудь:
— Вам снилась Джульетта, да?
Он кивнул.
— И прочее.
— Какой-то вихрь? Детские лица?
— Да.
Ему не хотелось подробно описывать все эти ночные, видения.
— Что все это означает, Дэвид? Почему я так реагирую на вас?
Он коснулся ее пальцев у себя на груди.
— Дело не во мне, Грейс. Дело в самой деревне. Здесь что-то происходит, но я пока не пойму, что именно. Три инцидента — смерть Саймона Преддла, вчера парень, чуть не забитый до смерти, а теперь убитый ночью лесник — это три проявления таинственных сил. Метафизическими проявлениями были и призраки, которых видели ваш отец, Эллен Преддл и Рут Колдуэлл. И я.
— Вы?
— Этой ночью я видел — думаю, что видел — призрак мальчика.
У Грейс захватило дыхание.
— Саймона Преддла? — спросила она.
Эш покачал головой.
— Этому мальчику было лет шесть-семь. Я уже видел его вчера, перед тем, как приехать в Слит.
Ее пальцы переплелись с его. Ее удивление перешло в недоверие, а оно в свою очередь сменилось тревогой, все в течение быстрых секунд.
— Я не уверен, что он был частью моего кошмара, — проговорил Эш, пытаясь убедить самого себя. — Но несколько мгновений он казался совершенно реальным.
— Неверующий уверовал.
Они вместе повернулись на голос. В дверях в конце зала стоял преподобный Локвуд, свет из сада очерчивал его ссутуленную фигуру. Одна рука тянулась к косяку в поисках опоры.
— Отец?
Грейс подошла к нему, протягивая перед собой руку, опасаясь, что он сейчас упадет.
При ее приближении священник выпрямился.
— Со мной полный порядок, дорогая. Но, возможно, работать в саду еще рановато, даже в этот час. Впрочем, ты не принесешь мне стакан воды?
— Хорошо, но ты сядь и отдохни.
— Сяду. Вы не присоединитесь ко мне на улице, мистер Эш?
Пройдя вперед, Эш прищурился — свет из открытой двери бил слишком ярко и только в трех или четырех футах от викария понял, как плохо тот выглядит. Его здоровье, которое и при первой встрече казалось не очень крепким, словно стремительно ухудшилось за ночь.
Локвуд заметил удивление в глазах исследователя и устало улыбнулся:
— Кажется, вы и сами плохо провели ночь, мистер Эш.
Это замечание еще больше удивило Эша. Неужели он так же плохо выглядит, как и викарий? Он сомневался в этом, поскольку знал, что викарий психически нездоров, и тяжесть его болезни усиливалась тревогой за свою деревню.
— Ночь слишком жаркая для хорошего сна, — сказал он.
— Ах, если бы причина была