Возвращение рейдера

не влиял. Однако за всю свою историю рроны ещё не встречали такого средства передвижения в космосе, а потому отмели эту догадку как несостоятельную и приготовились к смертельному бою.
Рроны, имевшие богатый опыт межзвёздных завоеваний и космических сражений, ещё на взлёте включили генераторы энтропии и сразу начали обход противника с двух сторон. Александр почти с нетерпением ожидал, когда подействует оружие рронов. Он заранее повернул яхту дюзами к Земле и дал команду к движению. Таулер положил вспотевшие руки на пульт ручного управления, который представлял из себя кучу допотопных рычагов, колёс и ручек — и никакой тонкой электроники. Яхта рванула от планеты — рронские капитаны единогласно решили, что противник бежит. У них моментально сработал инстинкт хищника, и они бросились в погоню. Крейсера ускорили ход, и расстояние между ними и «Звездой» начало быстро сокращаться.
Наконец рроны подошли достаточно близко, чтобы поле их генераторов достало «Звезду», все пульты, компьютеры, прицелы и прочее оборудование снова сошли с ума. Яхта замедлила ход, а потом и вовсе остановилась. Таулер через Оракула доложил, что блок планетарного контроля отключился ввиду удалённости от Земли, а не в результате воздействия оружия рронов. Борнссон и Зубар вовсю развлекались, стреляя из двух лазерных пушек, пока капитан через Оракула не приказал им закрепиться в противоперегрузочных креслах. Сам Александр, периодически ослепляемый лазерными лучами, бьющими рядом с бронированным смотровым окном, следил за приближением вражеских кораблей. Рроны в упор расстреливали «Звезду», удивляясь, что на ней до сих пор не видно ощутимых повреждений.
Таулер завопил, что ещё пара минут, и генераторы сгорят — почти вся их энергия уходила на поддержание поля защиты. Александр напряжённо сжал кулаки. Один крейсер обстреливал яхту с прежней позиции, а другой начал продвижение к корме рейдера, чтобы разбить ему дюзы. Эти галактические волки знали, как терзать неподвижную добычу. Но тут капитан злобно усмехнулся: добыча может оказаться не такой уж и беспомощной, к тому же обладающей большими копытами. Кстати, сейчас было самое время их продемонстрировать. И он не должен ошибиться больше, чем на два-три градуса, иначе скоро весь экипаж рейдера попадёт в Поля Счастливой Охоты.
Замысел был настолько прост, что не мог не сработать. Гиперпривод создавал за кормой звездолёта гравитационную массу небольшой планеты, от которой и «отталкивался» корабль. Обычно это делалось в полёте на большой скорости, близкой к световой, чтобы избежать разрушения корабля и травмирования экипажа. Чем большую «планету» способно создать за кормой судно и чем больше расстояние от дюз до её центра, тем быстрее движется корабль в гиперпространстве. «Белая звезда» имела двигатель суперкласса, его фокусное расстояние равнялось почти полутора километрам, недаром же Ломель хвалился, что яхта способна выиграть приз Звёздной Гончей в Больших Гонках.
Александр составил рискованный план, смысл которого был в том, чтобы создать «планету» около одного, а желательно двух рронских крейсеров, и раздавить их чудовищной гравитацией, так сказать, «лягнуть копытом». При удачном исходе дела рроны будут уничтожены или как минимум не смогут вести боевые действия. Про неудачный вариант Александр предпочёл не думать. Единственным, но весьма существенным минусом был риск оказаться расплющенными огромным ускорением.
Правда, теоретически имелся шанс остаться в живых, если длительность импульса не превысит пятнадцать сотых секунды, но Александр не знал никого, кто стартовал с места на гиперприводе. Во всяком случае никто после этого не остался в живых, чтобы потом хвастаться подобными подвигами в портовых кабаках. И как Таулер выставит пятнадцать сотых секунды вручную? Движение рычагом туда-сюда? Остаётся надеяться, что механик не забудет снять руку с рычага!
Впрочем, если не воспользоваться этой задумкой, то в запасе ничего больше не остаётся и скорая гибель от рронских орудий шестисотого калибра не заставит себя долго ждать. Один крейсер уже почти скрылся из виду, и если не включить гиперпривод сейчас, то спустя несколько секунд будет поздно. Настало время приводить в действие самоубийственный план, который Морозов с иронией окрестил «Удар копытом». Он встретился глазами со стариком, тот кивнул, и капитан сказал:
— Таулер, разворот девяносто три — шестьдесят восемь на сорока трёх процентах, и сразу давай ноль-пятнадцать секунд!
«Белая звезда» под машинно-точным управлением старого механика развернулась на указанный угол, на короткий миг её дюзы ослепительно сверкнули, а затем она унеслась с гигантской скоростью прочь от Земли