Возвращение в Эдем

хесотсанов, и дротики зашуршали в траве вокруг них. Они поползли, как могли быстро, потом встали и побежали в спасительную темноту. Спотыкаясь и падая, едва дыша от усталости, они не останавливались, пока не достигли гребня горы.

Позади них свет потускнел, и снова стало темно. Ийланы извлекли урок из бойни на берегу — теперь атаковать их ночью было невозможно.

Когда Херилак и Керрик добрались до саммад, дротики и хесотсаны были уже собраны и погружены на волокуши. Отступление продолжалось. Херилак на ходу поговорил с саммадарами.

Четверо охотников не вернулось из сражения в лесу.

Они шли медленно, слишком медленно, чтобы уйти от атаки, которая наверняка начнется утром. Все были утомлены двумя ночными переходами, отсутствием сна. Мастодонты протестующе кричали, когда их пытались подгонять.

Но все-таки саммад двигались вперед, потому что выбор у них был небольшой: остановка означала смерть.

Почва была жесткой, каменистой, а дорога в основном шла в гору. Продвижение становилось все медленнее, и задолго до рассвета они остановились. Сорли принес Херилаку сообщение.

— Животные не хотят идти, даже если их подгонять копьями.

— Значит, мы остановимся здесь, — устало сказал Херилак. — Отдыхать и спать. На рассвете мы пойдем дальше.

Не рассвете подул холодный ветер, и, выбравшись из своих спальных мешков, все дрожали от холода. Все устали, и настроение было унылым. Только сознание, что враг приближается, заставило их снова пойти вперед. Армун шла рядом с Керриком, молча — говорить сейчас было не о чем. Нужно было самой передвигать ноги и подгонять протестующих мастодонтов.

Охотник, стоявший у дороги, опершись на копье, подождал, пока Керрик подойдет поближе.

— Сакрипекс хочет, чтобы ты пришел к нему, — сказал он.

С большим трудом, не обращая внимания на пульсирующую боль в ноге, Керрик направился в голову колонны, мимо волокуш и движущихся саммад. Маленькие дети шли сами, младенцев несли матери и старшие дети, но даже освобожденные от части груза мастодонты двигались с трудом, и ясно было, что надолго их не хватит.

Когда Керрик добрел до Херилака, тот указал на горы впереди.

— Они нашли там лесистый гребень, — сказал он, — очень похожий на тот, где мы остановили мургу.

— Нет… хорошего помаленьку, — ответил Керрик, борясь с кашлем. Врагов слишком много, они обойдут нас и нападут стыла.

— Они усваивают преподаваемые уроки. Эти мургу не такие уж глупые и должны повернуть обратно. Они знают, что будут убиты, если начнут атаку.

Керрик задумчиво покачал головой.

— Так сделали бы тану. Видя, как умирают другие, они боятся умереть сами, но мургу совсем другие. Я знаю их, знаю слишком хорошо. Ийланы, которые едут на крупных животных, действительно, будут держаться позади, в безопасности, но они прикажут фарги атаковать, как сделали это вчера.

— А если те откажутся?

— Это невозможно. Если они поняли приказ, то должны его выполнять. Иначе для них нельзя. Они будут атаковать.

— Мургу… — сказал Херилак, и губы его разошлись, показав зубы. — Что же нам тогда делать?

— Что еще мы можем оде-лать, кроме как продолжать уходить? — беспомощно спросил Керрик, дыша широко открытым ртом. Кожа его была серой от усталости. — Если мы остановимся здесь, на открытом месте, нас перебьют. Мы должны идти и найти какой-нибудь холм, который сможем защитить.

— Холм можно окружить, и тогдa нам всем конец.

Дорога, которой они шли, резко пошла вверх, и им пришлось все силы напрячь, чтобы туда забраться. Достигнув гребня, они были вынуждены остановиться. Керрик согнулся вдвое, страдая от судорог. Задыхаясь, он выпрямился и с трудом посмотрел вперед, туда, куда им предстояло идти. Затем замер неподвижно, с открытым ртом и с широко открытыми глазами.

— Херилак! — крикнул он. — Смотри туда, вперед, на эти высокие горы. Ты видишь это?

Херилак прикрыл глаза рукой и посмотрел, потом пожал плечами и отвернулся.

— Снег. Зима еще не ушла оттуда.

— Неужели ты не понимаешь? Мургу не могут жить в холоде. Эти существа, на которых они едут, не смогут пройти по снегу. Они не пойдут за нами туда!

Херилак снова поднял взгляд, но теперь в его глазах была надежда.

— Снег не так далеко от нас. Мы можем дойти до него даже сегодня — если продолжим движение.

Он окликнул охотников, выбиравших дорогу, подозвал их к себе и дал новые указания. Затем уселся, что-то довольно ворча.

— Саммад уйдут, но некоторые из нас должны остаться