Возвращение в Эдем

старомодной манере, выполняя движение обеими руками. После этого она встала, ожидая приказаний. Вайнти сразу потеплела к ней и дружески взяла за руку.

— Я читала ваши рапорты. Ты хорошо трудишься для Альпесака. А скажи, фарги говорила тебе еще что-нибудь… Она говорила о береге?

— Нет, только о твоем прибытии. А что с берегом?

Вайнти открыла было рот, чтобы ответить, и поняла, что не может. После первого и последнего крика боли она держала свои чувства под строгим контролем. Она чувствовала, что сейчас, если она расскажет о резне самцов, ее снова охватят гнев и ужас.

Это было бы необдуманно и разрушило бы образ хододной расчетливости, который она всюду создавала у окружающих.

— Инленат, — приказала она, — расскажи Ваналпи, что мы нашли на берегу.

Вайнти шагнула в сторону и отвернулась, не слушая их голосов и составляя приказ обо всем, что нужно сделать. Когда голоса смолкли, она посмотрела в ту сторону и увидела, что обе ждут, когда она заговорит.

— Теперь ты понимаешь? — спросила она.

— Чудовищно! Те, кто это сделал, должны быть найдены и уничтожены.

— Ты знаешь, кто это может бьпъ?

— Нет, но мне известна та, кто знает. Ее зовут Сталлан, она работает со мной.

— Она действительно охотница?

— Да, она в одиночку ходила по джунглям и лесам, окружавшим город, и знает, что там можно найти. Узнав об этом, я внесла изменения в проект города, который должна представить тебе…

— Об этом потом. Хотя я и Эйстаи города, менее важные дела могут подождать, пока не будут найдены убийцы. Город растет хорошо, но нет ли у вас каких-либо срочных вопросов?

— Ничего такого, что не может подождать. Лихорадка остановлена, и умерло не так много.

— Дисти тоже. О ней сожалеют?

Ваналпи молчала, и глаза ее сузились. Когда она заговорила, стало ясно, что она сознает свою ответственность и подбирает слова очень осторожно.

— Город оставлял плохое впечатление, и многие говорили, что в этом виновата Дисти. Я согласна с ними. Только немногие будут сожалеть о ней.

— Кто именно?

— Ее товарищи. Ты быстро поймешь, кто они такие.

— Понимаю. Сегодня же пошлю за Сталлан и вызову ее к себе. А пока покажи мне город.

Ваналпи прошла между высокими корнями, затем толкнула в сторону висящий занавес, который разошелся от ее прикосновения. Внутри было тепло, и они сбросили свои плащи возле двери. Те медленно выдвинули щупальца, изучили стену и прикрепились к ней.

Они прошли через временные сооружения, открытые в сторону порта, где полупрозрачные листья прикрывали скелетные быстрорастущие деревья.

— Это новая технология, — объяснила Ваналпи. — Наш город — первый из заложенных на очень долгое время. — Она говорила с воодушевлением, улыбаясь и поглаживая хрупкие листья. — Я сама разработала их. Куколки насекомых растут быстро, и чтобы они хорошо питались в личиночную стадию, мы должны производить большое количество этих листьев. А сейчас смотри, мы входим в город деревьев.

Она указала на сеть тяжелых корней, которые, переплетаясь, образовали стену и поглощали полупрозрачные листья.

— Листья — это чистый углевод. Они абсорбируются деревом, и оно вырабатывает ценную энергию.

— Превосходно! — Вайнти смотрела по сторонам с неподдельным восхищением. — Не могу выразить, насколько я довольна этим. Я читала все твои рапорты и знала, что ты была главным исполнителем, но увидеть все своими глазами — это совсем другое дело. Все это просто потрясает. — Она несколько раз повторила последнее слово. — В моем первом рапорте в Энтобан речь пойдет только об этом.

Ваналпи молча отвернулась, не осмеливаясь говорить. Всю жизнь она реализовывала проекты городов, и Альпесак был вершиной ее труда, но безудержный энтузиазм у новой Эйстаи буквально подавил ее. Прошло немало времени, прежде чем она продолжала, указывая на нагреватель:

— Это тоже новое, о чем вы не могли прочесть в моих донесениях. — Она погладила нагреватель, который на мгновение выдернул свои клыки из мякоти дерева, повернул к ней светящиеся глаза и тонко запищал. — Эксперименты с ними заняли у меня годы, но сейчас я могу смело сказать, что они были успешными. Они живут долго и довольствуются только сахаром из мякоти деревьев. И чувствуют температуру тела лучше, чем кто-либо другой.

— Я могу только еще раз высказать свое восхищение.

Гордая собой, Ваналпи снова пошла вперед, между занавесей из спутанных ветвей. Она наклонялась, пролезая в отверстиях, и придерживала корни, чтобы Вайнти могла пройти.