Возвращение в Эдем

Дочерей Отчаяния. — Дочерей Жизни, прошу прощения. — Жизни, смерти, отчаяния — какая разница. Для меня они Дочери Отчаяния, потому что я уже отчаялась продвинуться дальше в своей работе. Довольно давно, когда стены этой тюрьмы едва высадили, меня отправили инспектировать состояние работ. Мне удалось тогда поговорить кое с кем из Дочерей, но их интеллект поверг меня в тоску. Они напомнили мне онетсенсастов, поедающих листья одного только вида деревьев. И, нырнув один раз в темные глубины этой мрачной философии, они с восторгом останутся там навеки и даже не шевельнутся. Ты не такая, Энге, ведь ты и сама это знаешь. — Скажи, что я должна делать, и я попытаюсь помочь. Итак, я приветствую тебя как Дочь Жизни. — Не надо. Я не принадлежу к вам. Энге была озадачена. — Но ты говорила, что не рисковала ничем, если бы эйстаа приказала тебе умереть. Значит, ты должна верить… — Нет, я не верю. Я знаю. А это другое дело. Я принадлежу к числу ученых, а не верующих. Чувствуешь разницу? Или подобное не может уложиться в ваши воззрения? — Меня это не смущает ни в малейшей степени, — ответила Энге с жестом радости-от-мыслей. — Напротив. Я вижу в этом испытание моей храбрости и веры в слова Угуненапсы и готова долго беседовать с тобой обо всем. — И я тоже. Приветствую тебя в плодовых садах Йибейска, приветствую. А теперь я спрошу тебя. Если освободить тебя со всеми Дочерьми, всех до единой, отправитесь ли вы со мной в город, где вам будут рады? Где вы будете жить на свободе, где вас никто не станет угнетать. — Мудрая Амбаласи, мы не хотим ничего иного. Мы мечтаем только об этом, и, если ты сумеешь нам помочь, все мы охотно станем твоими фарги. — Это возможно. Но, прежде чем оказать вам помощь, я потребую у тебя кое-чего. Подумай, прежде чем ответить мне. Когда вы будете на свободе, я потребую от вас покорно отдаться мне для исследования. Я хочу понять сущность этого явления, а струнный нож моих мыслей наносит глубокие раны. Энге жестом выразила боязнь боли, Амбаласи отрицательно махнула. — Ты не поняла. Я использую мысль, острую, словно струнный нож, им я рассеку вашу философию, чтобы понять, как она действует. — Я буду рада этому. Я и сама хочу понять нашу природу, а потому охотно приму твою помощь. — Более чем помощь, Энге. Я могу копнуть так глубоко, что подрою все корни дерева твоих знаний и выворочу его наружу. — Если это случится, значит, дерево было мертвым, и мне останется только приветствовать это. Я открою тебе все, до последней подробности. Амбаласи тронула Энге за руку в знак величайшего удовольствия. — Тогда решено. А теперь мне следует позаботиться о нашем общем исходе. Поскольку я давно уже решила оставить этот город, то уже приказала помощницам принять все необходимые меры. Через день, самое большое два, все будет готово. Энге жестом выразила полное непонимание и попросила прощения за это. — Поймешь, когда придет время. А пока следует кое-что сделать. Среди Дочерей есть одна, с которой мне хотелось бы поговорить. Ее зовут Шакасас. — Ты ошибаешься, — ответила Энге. — Шакасас, быстрое и неуловимое движение, имя, которым мы не пользуемся. Такие имена принадлежат к тому миру, где мы жили до обращения. В знак принятия мудрости Угуненапсы мы принимаем новые имена. — Я знаю об этом. Однако сомневаюсь, что ваши обращенные забыли свою жизнь до обращения. Позови ее этим именем, и я буду разговаривать с ней так, как она сама захочет. Энге почтительно повиновалась и обернулась, чтобы отдать распоряжение. Товарки, молчаливым кольцом окружившие их, расступились, и вперед шагнула Омал и поприветствовала ее. — За той, чье присутствие необходимо, уже послали. Но я рада видеть тебя, жаль, что в тюрьме. — Забудь о горестях. Эта бесконечно мудрая иилане может принести нам спасение. А теперь я хочу видеть сестер и узнать каждую. Пока они приветствовали друг друга, Амбаласи стояла в сторонке и ждала с невозмутимым спокойствием, пока перед нею не остановилась иилане, уважительными жестами потребовавшая внимания. — Ты и есть Шакасас? — спросила Амбаласи. — Я была ею, пока не уверовала. И счастье, которое я обнаружила в словах Угуненапсы, позволяет мне зваться Элем. Что ты хочешь от меня, Амбаласи? — Ответь мне на один вопрос. Я слыхала, что когда-то ты была в экипаже урукето. Верно? — Это была моя радость, когда я стала иилане. Так возник мой интерес к воздушным и морским течениям. Тайны навигации стали предметом моего изучения и привели к познанию слов Угуненапсы. — Удовлетворительное объяснение. Теперь скажи мне, кто вами руководит? — Угуненапса, ведь ее пример… — Довольно! Я имею в виду вашу работу в этих презренных садах. Кто отдает вам распоряжения? — Никто, все мы равны. Амбаласи грубо приказала ей умолкнуть, царапнув когтями ноги по земле. — Молчи! Ваша Угуненапса и так много наворотила. Есть ли хоть кто-то, кто