Возвращение в Эдем

давным-давно, иилане вышли из океана и погубили весь его саммад. Это случилось так давно, что он уже почти не помнил, как это было. Теперь саммад его на севере там, где Армун, туда лежит и его дорога. Он обернулся на зов Ортнара, и они пошли по берегу реки. День уже клонился к вечеру, когда они обнаружили на берегу сухое дерево, способное выдержать их обоих; оно было не очень большим, и им удалось вытащить его из подлеска. Они трудились весь вечер и закончили уже затемно. Наутро, крякая от холода, охотники полезли в ледяную воду. Привязав оружие и мешки к торчавшим корням, охотники оттолкнули ствол от берега и уцепились за него, подгоняя неуклюжее дерево в быстром течении. Перебравшись на другой берег, оба тану буквально посинели, и зубы их выбивали непрерывную дробь. Пока Керрик вытаскивал на берег пожитки, Ортнар развел высокий костер. Они недолго сидели возле него — обсохли сами и просушили одежду. Потом они напялили еще влажные шкуры и вновь пошли на север. Быстрая ходьба не даст замерзнуть… Медлить нельзя — первые хлопья снега уже кружились среди деревьев. Дни стали короче, и они вставали до рассвета и долго шли в бледном свете звезд, прежде чем небо начинало розоветь. Они были сильными и выносливыми. Но страх закрался в их сердца. — Мяса осталось немного, — сказал как-то Ортнар. — Что будем делать, когда оно кончится? — Найдем парамутанов… — А если нет? Они молча переглянулись — ответ на этот вопрос был известен обоим, но произносить его вслух не хотелось. Подбросив сухих веток в огонь, они придвинулись поближе к костру, наслаждаясь теплом. Густой лес подходил прямо к берегу. Невдалеке от воды высились огромные ели. Временами им приходилось углубляться на сушу, когда отлогие песчаные берега сменялись высокими утесами, у подножия которых грохотал прибой. Лес был безмолвным и неподвижным. В глубоком снегу было трудно идти. Выходя на берег, они всякий раз внимательно вглядывались вдаль, пытаясь заметить признаки поселения парамутанов. Но пусто и безлюдно было в море и на берегах его. Еда почти кончилась, когда разразился буран. Охотникам ничего не оставайтесь, как идти против северного ветра в поисках какого-нибудь укрытия. Они промерзли до костей, прежде чем у подножия утеса им удалось обнаружить неглубокую пещерку рядом с песчаным откосом. — Туда! — крикнул Керрик, преодолевая рев ветра. Темный вход в пещеру был едва заметен в снежном вихре. — Заберемся туда и укроемся от ветра. — Нам нужны дрова, и немало. Давай спрячем вещи и сходим за дровами. Вход наполовину закрывал сугроб. Оступаясь и падая, они разметали его и забрались в пещеру. Без ветра в ней казалось тепло, несмотря на то что изо рта валил пар. — Нельзя лежать, пошли, — вставая, сказал Ортнар и вытолкнул Керрика на мороз. Непослушными руками они ломали и рубили ножами нижние ветви. Ортнар выронил каменный нож — и пришлось потратить много времени на поиски его в сугробах. Из последних сил они приволокли охапки хвороста — пришлось ограничиться этим, второй вылазки они бы не осилили. Керрик нащупал шкатулку с огненными камнями, но онемевшие от холода пальцы не слушались. Он согрел руки на теле под шкурами, и ему удалось разжечь огонь; они развели пламя пожарче и улеглись рядом, глотая дым и ощущая, как тепло возвращает жизнь продрогшим телам. Уже стемнело, вовсю выл ветер, заметая вход снегом. Время от времени его приходилось отбрасывать, чтобы выходил дым. — А мы не первые здесь, — сказал Керрик, указывая на нависающий скальный потолок, где углем были набросаны очертания большого оленя. — По крайней мере они не сложили здесь своих костей, — буркнул Ортнар, ковыряя ногой землю возле костра. — Что-то будет с нами… — задумчиво проговорил Керрик. Вместо ответа Ортнар взял свой мешок и вытряхнул из него остатки еды. — Вот все, что у нас есть. В твоем мешке не больше. Слишком мало, чтобы вернуться. — Значит, надо идти вперед. Мы разыщем парамутаноз. Они не могут быть далеко. Они где-то рядом. — Мы пойдем, когда прекратится метель. По очереди они выходили за хворостом, оставшийся следил за очагом. Стемнело быстро, и Ортнар едва нашел вход в пещеру со своей охапкой. Резко похолодало, и ему пришлось растирать снегом белые пятна на щеках. Друзья молчали, потому что время для бесед миновало. Метель не утихала столько дней, сколько пальцев на руке у охотника, включая большой. Выходили только за дровами, растапливали снег и пили горячую воду. Голод уже начал терзать их желудки, но охотники берегли оставшиеся крохи. Наконец настал день, когда метель начала утихать. Ветра почти не было, и снег как будто редел. — Кончается… — с надеждой проговорил Керрик. — Не уверен. Они вылезли из пещеры. Медленно кружили снежинки, ненадолго просветлело, и они увидели, как на галечный берег набегают тяжелые волны, темные с белыми гребнями.