Возвращение в Эдем

конечностями, тихо молвила Эрефнаис, так что он еле расслышал ее слова. — Расскажи мне, что в городе, — громко сказал Керрик, настойчиво требуя информацию движениями рук. — Что там произошло? Расскажи мне об Алпеасаке. — Так ты там не был? — спросила Эрефнаис, словно наконец осознав смысл его слов. Сделав резкий отрицательный жест, Керрик быстро взглянул на членов экипажа, потом на капитана. — Я был очень далеко и недавно вернулся. Что случилось? — Вейнте говорила, что сражения не будет, но она ошиблась. Эйстаа слушала ее и помогала во всем, ведь зимние ветры уже дуют на Икхалменетс, и ей так хотелось верить Вейнте. Она рассказала эйстаа об этом городе, заручилась ее поддержкой и, уже оказавшись здесь, обещала, что битвы не будет. Семена посеяли, устузоу стали гибнуть, и Алпеасак должен был вновь вернуться к иилане. Но устузоу напали с моря на остров, мы отбили атаку. Вейнте плыла со мной на этом урукето, и я помню, как она торжествовала, как наслаждалась победой и как потом разъярилась, когда оказалось, что устузоу обманули ее, — оказавшаяся рядом могучая фарги даже умерла от страха. — Обманули… Как обманули? — воскликнул Керрик. — На остров напало малое войско. Говорили, что все они погибли. Но тем временем остальные бежали из города; они оставили только следы, мы никого не поймали. Так что война не закончилась. — Выпрямившись, насколько позволяла кривая спина. Эрефнаис посмотрела Керрику в лицо. Керрик-устузоу, зачем она делает это? Ты знаешь ее. Какая ненависть гонит ее? Город вновь в руках иилане, ради этого мы пришли сюда, ради этого так много погибло. А она говорит эйстаа, убеждает ее, что устузоу вернутся. Они говорили об этом в плавнике моего урукето, так что я знаю. И эйстаа согласна, они хотят преследовать устузоу и напасть на них. Опять иилане погибнут. — И устузоу тоже погибнут, Эрефнаис, — проговорил Керрик, опуская хесотсан. — Я тоже хочу, чтобы побоища прекратились. Эрефнаис словно забыла о его присутствии. Она глядела в море, на безжизненную тушу урукето. — Вот и энтиисенаты расстроились — погляди, как высоко прыгают. Умные создания. Они здесь не останутся. Энтиисенаты вернутся в гавань. Там их можно будет приучить кормить другого урукето и следовать за ним. А нам пора идти. Мы должны рассказать обо всем. — Нет! — воскликнул Керрик, поднимая оружие. — Вы не сделаете этого. Вейнте не должна узнать обо мне. Ты ведь все должна ей рассказать, не так ли? Эрефнаис жестом показала, что не понимает его. — Когда мы доложим, о твоем присутствии станет известно. — Знаю. Ты не солжешь, даже если бы умерла. — «Солжешь» — что значит это слово? Я не понимаю. Объясни. — Этот термин изобрела Вейнте, чтобы описать особенность поведения устузоу, несвойственную иилане. Это неважно. Важно, что я не могу отпустить вас. Она станет искать меня, разошлет птиц, и нас поймают. Самцов, наверное, оставят в живых… Ненадолго. Я знаю, какую цену заплатят они за свою недолгую свободу. Пляжи — столько раз, на сколько у них хватит сил. Извини, я не могу отпустить вас. — Мы возьмем карты — сказала Эрефнаис. — Их нельзя здесь оставлять. Прочее пусть полежит, придут остальные, заберут все ценное. — Стой! — приказал Керрик. — Что ты делаешь? — Беру карты, — отвечала Эрефиаис. — Это очень точные и редкие карты. — И куда ты собираешься их нести? — В Алпеасак. — Нельзя. — Он прицелился. — Ты была мне другом, никогда не обижала меня. Но дело не в моей жизни. Попробуешь уйти и погибиешь. Понятио? — Но мой урукето умер, остался один только город. — Нет. Раздался пронзительный крик. Керрик обернулся. Одна из членов экипажа убегала по пляжу, он прицелился, выстрелил, она упала. Он быстро повернулся к другой, но слишком поздно — та была уже далеко. Керрик прицелился… Открыв рот, она осела на песок, глаза ее остекленели. — Ты понимаешь, — проговорила Эрефнаис, — урукето умер. Она была бы жива, если бы ты не вмешался. Ты не дал ей вернуться в город, и она умерла как отвергнутая эйстаа. — Она тревожно посмотрела на Керрика. — Мне тоже теперь не командовать. — Нет! — крикнул Керрик. — Не надо! Отдернувшись от него, Эрефиаис тяжело осела на песок. Он подбежал к ней… Он не хотел, чтобы она умирала, но жизнь успела оставить ее прежде, чем он оказался рядом. Взглянув на три свежих трупа иилане, он пришел в отчаяние. Он не хотел их смерти, но не смог это предотвратить. Новая потеря, ужасная и бессмысленная. Энтиисенаты дружно направились к городу, они торопились. Урукето умер, больше им нечего было здесь делать. Поглядев на энтиисенатов, Керрик ощутил беспокойство. Когда они вернутся одни, в городе поднимут тревогу, ведь так просто урукето они не оставляют. Вышлют на поиски лодки, может быть, даже еще одного урукето. Он взглянул на небо — еще не начинало вечереть, иилане могут оказаться здесь до темноты. Он заставил себя унять подступающую