Возвращение в Эдем

крутился под нею, поворачивал длинную шею, косил глазом, шипел и щелкал клювом. Натянув поводья, она еще раз осадила его. Таракаст простоит на месте весь день, если будет на то ее воля. Под обрывом по мелководью к берегу широкой реки брел последний уруктоп. Его восемь ног медленно переступали — ящер устал, переплывая реку; погоняла его одинокая наездница, оседлавшая плечи. Когда чудище отдохнет, можно будет выступать в путь, рассадив по местам фарги, уже перебравшихся через реку в лодке. Все шло по плану. Фарги, перебравшиеся на этот берег вчера, сворачивали походный лагерь, скатывали колючие лианы, ставшие безопасными под лучами солнца, увязывали вместе светозверей и оборонительные крупные хесотсаны. Скоро все будут готовы. Кампания продолжалась. Вейнте обернулась и поглядела на дальние холмы за покрытой травой равниной. Мысль ее стремилась дальше — в долину, где прячутся устузоу. Через все преграды она доберется туда… она отыщет этих грязных зверей. Ненависть сотрясала ее тело, зубы оскалились. Таракаст фыркнул, когда она стиснула ногами его шею: она утихомирила ящера, изо всех сил дернув за нижнюю губу. Устузоу погибнут… все до единого. Резким пинком она послала своего скакуна вперед, вниз по склону, к лагерю передового отряда. Заметив приближавшуюся Вейнте, Меликеле отвернулась от фарги и растопырила руки в приветственном жесте, — как подобает нижайшей перед высочайшей, с радостью и теплотой. Чувства эти были искренни, и она не скрывала удовлетворения при виде Вейнте. Теперь она редко вспоминала об окруженном морем Икхалменетсе и его эйстаа, которая была теперь так далеко. В этом городе она была простой фарги, ненужной и нежеланной, невзирая на умение умно говорить. Вейнте переменила положение дел, дав Меликеле возможность возвыситься на службе с невероятной быстротой. Вейнте не только карала неудачниц, но и по заслугам вознаграждала тех, кто следовал за нею, проявляя необходимое благоразумие. И покорность. Меликеле была покорной и не думала вести себя иначе, — ведь она хотела только служить Вейнте. — Все готово, — ответила она на вопросительный жест. Вейнте изящно спрыгнула со скакуна и оглядела продуманный круговорот рабочих бригад фарги. — Меликеле, ты хорошо справляешься с делами, — проговорила она, сопровождая слова жестами усиления. — Я лишь повинуюсь приказам высочайшей Вейнте. Жизнь моя — в твоих пальцах. Вейнте воспринимала все как должное — Меликеле говорила, подчеркивая силу своих обязанностей. Как нужны были Вейнте такие стойкие и надежные помощницы. Ум и верность сочетаются редко, даже среди избранных, вверенных ей Ланефенуу. По правде говоря, все эти приживалки выбраны были за преданность эйстаа, а не за какие-нибудь способности. Слишком сильной и независимой считалка себя Ланефенуу, чтобы позволять кому-нибудь расти рядом с собой. Вейнте понимала, что настанет день, когда и она может показаться лишней Ланефенуу. Но день этот был впереди. И пока все свои способности и силы Вейнте устремляла на уничтожение устузоу, Ланефенуу нечего опасаться за власть над городом. А сейчас время разрушения. Ее конечности задвигались, повинуясь силе эмоций, и Вейнте громко проговорила: — А теперь, сильная Меликеле, бери своих фарги, а я последую за вами на расстоянии дневного перехода. Разведчицы уже впереди, они удалились на столько же. Все они верхом на таракастах и должны обыскать окрестности вдоль маршрута. Заметив устузоу, они остановятся и подождут твое войско. Знаешь ли ты, где разбить следующий лагерь? — Я вновь и вновь изучала снимки, но пока не уверена, смогу ли узнать эту местность. Если возникнут сомнения, я положусь на двух проводниц. — Делай так — они уже прошли со мной этот путь. — Вейнте оценила честность, с которой Меликеле призналась в недостатке знаний, — ведь она была уверена в своих силах и умела положиться на остальных. — Знаешь ли ты, где вы будете ждать нас? — Знаю. На берегах желтой, извилистой реки. — Она подняла вверх обе ладони. — Мы должны остановиться через тен ночевок, я не забуду счет времени. — Будь внимательна. Среди устузоу есть один зверь, он очень хитер, когда дело касается битвы. Опасайся ловушек и засад, помни, как они напали на нас на острове и потом бежали ночью под проливным дождем. На этот раз устузоу не должны спастись. Мы должны их выследить и убить, но не забывай про опасность, иначе все мы погибнем. — Ешь других — или тебя съедят! — мрачно произнесла Меликеле, сжав в кулаки сильные руки в жесте предельной угрозы. — Мой голод сильнее! — Хорошо сказала. Встретимся через тен дней. Вейнте впилась когтями в бок скакуна. Гневно зашипев, он прянул на дыбы и крупной рысью направился прочь. Меликеле вернулась к работе. После того как было собрано ночное ограждение, уруктопов быстро догрузили. Меликеле