Возвращение в Мир Смерти

совсем новой, неожиданной стороны. А по-другому проблемы Мира Смерти все равно не решались. И бессмысленно торчать сейчас здесь, тупо отрабатывая версию о занесенной Солвицем на Пирр «энергии зла», или пытаясь «лечить» планету согласно последней медицинской теории Арчи: дескать, телепатическая связь между пиррянскими организмами – это обыкновенная инфекционная болезнь, дело за малым – обнаружить возбудитель и подобрать лекарства. Все это бессмысленно, чувствовал Язон, нужен новый мощный импульс извне.
Но вот как объяснить это прямодушным пиррянам, ожидающим от него как от волшебника быстрого и правильного ответа на все вопросы сегодня, сейчас?..
– И наконец, – продолжал Язон, – мы должны опробовать на достаточно обширной площади криогенный метод. Да, это дорого. Это в известном смысле отсрочка, а не решение проблемы. Мы рискуем изменить климат на планете, но в конце-то концов, замораживание наиболее активных точек…
Кажется, даже самые несообразительные из присутствующих начали понимать, что это – вовсе не «наконец». Криогенный метод – одно из многих вполне разумных, но, в сущности, уже давно обсужденных и отвергнутых предложений. Язон собирался сказать нечто совсем другое. Собирался. Но не успел.
Спасительный сигнал экстренного вызова прервал совещание, зашедшее в логический тупик и, несмотря на десятиминутную продолжительность, утомившее всех, как многочасовой диспут.
Даже информация о том, что экстренный вызов Язона динАльта был связан с незапланированной посадкой в космопорту инопланетного гостя, по данным диспетчеров вынырнувшего из кривопространства в опасной близости от планеты, – даже такая странная информация никого не удивила и не возмутила, настолько кстати пришелся этот вызов, избавивший всех от ощущения томительной неловкости.
А гость оказался настолько наглым, что не вняв предупреждениям работников космопорта и не вступая в долгие переговоры, усадил свой легкий межзвездный корабль на небольшую свободную площадку в тени гигантского «Арго». Линкор вторую неделю стоял на приколе в целях глобальной профилактики. Посадочная площадка в этот ночной час кишела, разумеется, всевозможной не слишком симпатичной живностью, разом взметнувшей все свои многочисленные мерзкие зубастые морды, когтистокожистые крылья и хищные щупальца с присосками, особенно приятные для глаза в мертвенном свете пиррянских лун. Однако гость был одет в скафандр высшей защиты. Он невозмутимо распахнул люк и проследовал в недавно выстроенное шикарное здание космопорта, как будто суетящаяся вокруг нечисть знакома ему с детства, точно какомунибудь пиррянскому говоруну. А безглазые твари словно и впрямь почуяли своего, уважили его бесстрашие и практически не кидались ни на человека в скафандре, ни на только что севший и еще теплый от быстрого вхождения в атмосферу корабль.
Язон примчался в космопорт через подземный туннель, по которому теперь с использованием новой гравитонной техники специальные капсулы передвигались со скоростью космических шлюпок. Вызывали персонально его, и он хотел первым увидеть, кто именно прилетел. Это могло быть очень важно. Ведь он хорошо помнил о своем дурном предчувствии.
Пришелец откинул гермошлем, отстегнул металлопластовую перчатку и старинным жестом, принятым на большинстве планет, подал обнаженную ладонь для приветствия. По заросшему бородой лицу Язон не сразу признал друга детства и своего молочного брата. Последний раз они виделись где-то на планете Стовера, и было это лет двадцать назад.
– Экшен! – воскликнул Язон.
– Что, не похож? – улыбнулся тот. – Ну, здравствуй.
И сразу перешел к делу:
– Мария, наша мать, велела сообщить, что умирает, и перед смертью очень хочет повидать тебя, Язон. С этим я и прилетел сюда. Надеюсь, ты не обманешь ее ожиданий?
– Нет, Экшен. Не обману. Конечно, я полечу с тобой.
К этому моменту Керк и Рее уже стояли сзади, и Язон виновато оглянулся, произнося последние слова. Керк молча кивнул, давая добро на этот внезапный поворот событий. («Лети, Язон! Кто ж сможет помешать тебе? «) Но думал при этом седовласый гигант, конечно, только о Пирре. А Язон, размышляя о своем, будто забыл вдруг о Мире Смерти.
«Вот и случилось. Еще один непредвиденный фактор. Все сразу. Значит, так надо. Путешествие к центру Галактики придется начать с дальней окраины цивилизации, с захолустного мирка, имя которому Поргорсторсаанд. Странное имя. Но это – планета детства».
Язону никогда не хотелось вернуться туда. А вот теперь вдруг почувствовал: хочется.
– Я полечу с тобой, – заявила Мета наутро. – Я говорила, что больше не брошу тебя? Говорила. А слов на ветер я не бросаю.