Возвращение в Мир Смерти

к нашему дому. Пусть об этом узнает вся планета.
Ну что ж, охота так охота. Попробуйте разыскать пиррянина, который откажется от возможности прихлопнуть какого-нибудь зверя. Язон был уже почти пиррянином, да и вообще – любопытно!
Вот только дорога до леса оказалась непомерно долгой. После довольно нудных, но в общем-то привычных для Язона и Меты погранично-таможенных процедур они вышли на площадь перед зданием космопорта, радуясь, что не застряли, как многие, в так называемом «отстойнике», где подозреваемые неизвестно в чем люди ждали, пока неторопливый главный компьютер планеты выдаст про них всю имеющуюся информацию. Но Экшен уже проходил такую проверку совсем недавно, а новых инопланетников ни в чем не заподозрили. И оружие им, к счастью, разрешили носить, приравняв в правах к сословию военных. Язон с ужасом подумал, что бы могло случиться, соберись вдруг эти недоумки в черной форме отнять у Меты ее личный пистолет.
От космопорта до ближайшего города ехали почему-то по монорельсе в маленьком, тесном, набитом людьми вагончике и с черепашьей скоростью – километров триста в час. Потом в грязном и скудно освещенном зале отстояли громадную очередь, образованную сплошь мрачными, молчаливыми, плохо одетыми людьми. Наконец прорвались к окошечку кассы и за какие-то смешные полкредита купили на всех билеты, то есть три клочка серой бумаги, дающих право лететь в нужном им направлении на допотопном аппарате с двигателем внутреннего сгорания и верхним расположением вращающихся несущих лопастей, называемом здесь «вертокрыл». У Язона возникло сразу два вопроса. Первый: почему нельзя заплатить больше денег, но в очереди не стоять? И второй: почему они вообще не полетели в лес на собственном транспорте, нелепо оставленном в порту? Ответ был удивительно скучен, прост и на оба вопроса один: так не положено. Закон.
Экшен явно не имел ничего против установленных на планете правил, более того, не собирался их обсуждать и вообще сделался молчалив и как-то даже печален. Язон и Мета тоже на всякий случай помалкивали. В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Была такая древняя поговорка. Язон плохо помнил, что такое монастырь, но смысл был ясен. Унылые фермеры, сопровождавшие их всю дорогу, выглядели и вовсе полусонными, разговаривать с ними было невозможно. Но, с другой стороны, и опасности никакой от этих людей не исходило. Уж кто-кто, а Мета любую враждебность почувствовала бы сразу. Однако стрелять было явно не в кого, и пиррянская амазонка сама начала потихонечку засыпать под мерный гул ужасного керосинового движка.
Очевидно, тот же странный закон, столь уважаемый Экшеном, предписывал перевозить людей в количествах на пределе грузоподъемности, натолкав их в холодный трюм скрипучего и ржавого вертокрыла, которому уже лет десять полагалось лежать на свалке, а не летать под облаками в поисках неизбежной аварии. И очевидно, все в том же законе было прописано, что ни за какие деньги пилот вертокрыла не может доставить их в конечную точку маршрута – только до обозначенного в его путевом листе поселка. А дальше следовало, приобретя очередной зеленовато-серый билетик, часа два ждать, а потом еще примерно столько же трястись по абсолютному бездорожью в ужасного вида шестиногом экипаже, напоминавшем навозного жука и имевшем соответствующее туповатое название – шестиход.
Конечная цель их путешествия называлась «Приют охотника». Это был крошечный отель, одиноко притулившийся на краю леса. Приют, похоже, так себе, но Экшен уверял, что в нем можно вполне пристойно перекусить и заночевать. Однако в том не было необходимости, так как прибыли они на рассвете. Решено было, не задерживаясь, без лишних слов, углубляться в лес. Вдруг сразу повезет поймать кабана – тогда и отдохнут.
Начался мелкий противный дождик – типичная осенняя погода – и стало ужасно тоскливо. Язону вдруг все происходящее показалось до невозможности нелепым. Где-то тут, на этой планете, умирала его мать. На далеком Пирре новая угроза нависла над городом и портом, над всеми жителями. На неведомых мирах центра Галактики ждала своей разгадки таинственная шифровка, перехваченная Специальным Корпусом и имеющая к Язону прямое отношение. А он топтал рублеными подошвами десантных ботинок палую листву кленов и ясеней в глухом лесу северо-восточного континента и ждал встречи с никому не нужным стальным кабаном. Никому не нужным… Стоп! С чего это он взял? А вот с чего.
– Экшен, – повернулся Язон к брату, нарушая непомерно затянувшееся молчание. – Скажи, а почему никто, кроме нас, не рвется сюда, чтобы встретить и победить страшного лесного зверя? Ведь объявление делали для всех.
– А потому, брат, что героев во все времена было немного, –