Возвращение

и не спешил приходить на помощь хозяйке. И от этого страх только усилился, грозя перерасти в панику. Как же неправы оказались те, кто убеждал её, что магия защитит при любых обстоятельствах!
— М-м-м, какая у тебя кожа нежная, — протянула Рэй и легонько погладила — Трин опять дёрнулась, стиснув зубы и не позволяя вырваться беспомощному всхлипу.
На смену апатии и отчаянию пришло желание бороться до конца, чем бы это ни грозило. Однако попытки Снежинки вызвали лишь широкую ухмылку на лице Саламандры.
— Свяжу, Трин, — проникновенно произнесла она с придыханием, ладони женщины поднялись выше, задирая рубашку, и накрыли аккуратные холмики груди. — Успокойся уже, хватит, — голос Рэйи стал мягким, обволакивающим. — Я уверена, если тебе предоставить выбор между болью и удовольствием, выберешь последнее, правда? — жёлтые глаза выразительно посмотрели на замершую Трин.
А ладони между тем осторожно сжимали и поглаживали, но тело не хотело отзываться на чужие прикосновения, по нему бегали колкие мурашки, и мышцы не желали расслабляться.
— Будешь упрямиться, я помогу успокоить, — негромкий голос Дерка около уха заставил вздрогнуть.
Да, пока он просто держал её руки. И… смотрел на неё… Жгучий румянец опалил лицо и шею, Трин до боли стиснула пальцы, от бессилия глаза снова защипало. Она отвернулась и зажмурилась, не желая видеть Рэйю и её довольное лицо. Хозяйка. Имеющая полное право сделать с ней всё, что пожелает. И мнение Трин при этом никого не волнует. Откуда-то изнутри поднялась волна глухого раздражения, вспомнился тот переулок, в Рисдоре, где её поймали Юрд и Вальда. Вспомнились наставления Альши, и Триинэ вдруг стало стыдно за свой страх и покорность. Да, сейчас она рабыня, но… очень ценная, которая Саламандре нужна гораздо больше, чем сама Рэйя — Трин. Мысль зацепилась за оцепеневшее сознание, покрутилась там, да и осталась. Огненная женщина не сможет забрать всю магию Снежинки при всём желании, а если сила выйдет из-под контроля… Трин длинно выдохнула, постаравшись не показать эмоций: страх отступил, раздражение затаилось, балансируя на грани злости, и появилось упрямое желание бороться любыми способами. Нель и Сол не одобрили бы такого малодушия от своей Снежинки. Но пока надо пережить неприятный момент. И крепко, очень хорошо подумать… Достаточно Триинэ совершала глупых поступков, руководствуясь только сиюминутными порывами. Да, пора взрослеть. Хранительница холода наконец расслабилась, но вовсе не благодаря прикосновениям Рэйи. Трин просто заставила себя не обращать на них внимания и не тратить силы на бесполезное сопротивление.
— Умница моя, — мурлыкнула Саламандра и убрала наконец руки с груди, поднимая рубашку дальше.
В полной тишине Рэйя сняла её совсем, и Триинэ пришлось собрать волю в кулак, чтобы не выдернуть руки из пальцев Дерка и не предпринять очередную попытку вырваться. Рэй так и сидела верхом на ней, так что раздражать упрямством не стоило. Магия окатывала прохладными волнами каждый раз, как подруга наёмника специально или случайно касалась Трин, но пока Лёд не торопился откликаться. Интересно, а сколько силы может взять Саламандра за один раз, мелькнула отстранённая мысль. И на сколько ей хватит этого холода? И только ли через поцелуй возможно забрать, или Рэйя темнит? Посторонние мысли помогали отвлечься, не дать страху вернуться, да и холод потихоньку становился сильнее, магия быстро восстанавливалась.
Рэй выпрямилась, снова окинула игрушку медленным взглядом и начала неторопливо расстёгивать рубашку. Зачем она раздевается, Трин догадывалась. В конце концов, они с Дерком любовники и несколько дней у них не было возможности побыть наедине. Хранительница холода подавила вздох: наверное, придётся ждать в коридоре, пока… пока можно будет вернуться и наконец уснуть. Только бы эти двое не решили развлекаться до утра. Или, что ещё хуже, взять её в свои игры… От последней мысли по телу словно ледяной порыв пронёсся, и Снежинка с трудом поймала магию до того, как на коже выступил иней. С Саламандры станется ещё полакомиться теперь доступным холодом.
— Ложись на живот, — Рэйя слезла наконец с ног Трин, закончив с рубашкой.
Снежинка с готовностью перевернулась — пусть лучше Дерк разглядывает её спину и то, что пониже. Да и так девушка чувствовала себя защищённее, что ли. Если отвлечься от грустных обстоятельств, закрыть глаза и забыть, что в комнате находится посторонний едва знакомый мужчина, то массаж — идея отличная. Мышцы от долгой дороги затекли, и размять их не помешает. И неважно, чьи руки будут касаться, женщины или мужчины. Снова Саламандра устроилась на её ногах и предупредила:
— Будет немножко больно, сильно не ругайся.
Трин