Возвращение

можно ещё недозрелых, твёрдых. Рот наполнился слюной, и Нери снова сглотнула, приоткрыв глаза и оглядевшись. Отряд остановился на небольшой поляне, все спешивались, и Оллад отстранил девушку от себя, тоже спрыгнув на землю. Потом снял с седла, поставил рядом с собой.
— Ночевать в лесу будем, — произнёс пограничник, довольно крепко обняв пошатнувшуюся пленницу. — Надеюсь, ты ничего не имеешь против.
Нери сдержала досадливый возглас: ночёвка в лесу! Хуже не придумаешь. Жёсткая холодная земля, роса поутру, отсутствие возможности принять ванну с дороги… А ей никак нельзя замерзать, только не сейчас. Она и высказала сомнения, не подумав, какую её слова могут вызвать реакцию:
— А холодно не будет?..
Отовсюду раздались смешки, Нерас поймала парочку косых взглядов и отчего-то покраснела, внутри завозилось смутное беспокойство. Оллад же наглым образом прижал её к себе и самодовольно усмехнулся.
— Ничего, согрею, если замёрзнешь.
Осознав откровенный намёк, девушка отчаянно покраснела, низко опустив голову, щёки горели от проступившего румянца. Наглецы, без стыда и совести. Оллад отвёл Нерас к ближайшему дереву, расстелил под ним плащ — заботливый какой, мелькнула у неё желчная мысль, — и усадил, достав ещё одну верёвку. Леди Лэйр, изрядно растеряв страх перед похитителем, измученная неудобствами в дороге и собственным не очень хорошим самочувствием, негромко спросила:
— Можно мне руки развязать? Не сбегу я никуда, — с кривой улыбкой добавила Нери.
Оллад поднял голову и внимательно посмотрел на неё, без тени веселья.
— Руки развяжу, ноги — нет, — кратко ответил он.
«И на том спасибо», — мысленно отозвалась Нери, но вслух не стала произносить — мало ли, снова на насмешки нарвётся. Молча перенесла, пока Оллад спутывал ей лодыжки, а вот когда снимал верёвки с запястий, не удержалась, тихо зашипела. Затёкшие руки двигались плохо, кожу кололи сотни невидимых иголочек, и она покраснела от контакта с грубой пенькой. Нерас начала осторожно растирать, жалея об отсутствии возможности смазать царапины. Дальнейшие действия Оллада удивили и обеспокоили девушку: он перехватил её кисти, вытянул к себе, внимательно рассматривая последствия собственной осторожности. Потом без слов встал, подошёл к своей сумке и что-то достал оттуда, вернулся к Нерас, настороженно наблюдавшей за его перемещениями. Остальные из отряда занялись привычными делами: кто-то ушёл за хворостом и дровами, кто-то рассёдлывал лошадей, кто-то отправился на вечернюю охоту к ужину.
— Дай руки, — отрывисто приказал Оллад, и Нери от неожиданности послушно протянула ладони похитителю.
Он аккуратно взял её кисти, осмотрел покрасневшую и поцарапанную кожу, качнул головой. Потом открыл небольшую коробочку, в которой оказалась какая-то мазь с сильным травяным запахом. С возрастающим удивлением и замешательством Нерас смотрела, как Оллад зачерпнул пальцами мази и начал осторожно, медленно втирать в пострадавшие запястья. Она прикусила губу, на глаза неожиданно навернулись слёзы, которые девушка поспешно сморгнула.
— Зачем? — ровным голосом спросила девушка. — Я же пленница, не заслуживающая внимания, — не удержалась, добавила едко, эмоции взметнулись мутной волной, требуя выхода.
Оллад бросил на неё косой взгляд, не прерывая занятия.
— Заслуживающая, — возразил пограничник, чем вверг Нери в новые переживания. — Я уже говорил, ты красивая и нравишься мне.
После чего снова сосредоточился на деле. Леди Лэйр стало страшно от того, как спокойно он это сказал: значит, не игра, не просто провокация с целью очернить её в глазах Рахерда. Прикосновения Оллада стали мягче, нежнее, и у Нерас мурашки побежали по коже, но отнюдь не от приятных ощущений. Она оказалась не готова к такому к себе отношению, настроилась на грубость, но… Такой Оллад откровенно пугал. Чего от него ожидать, Нери понятия не имела, и конкретно сейчас хотелось вырвать руки и спрятать их, прекратить это возмутительное безобразие. Эрмед же, закончив втирать крем, вдруг поднёс ладони Нерас к губам и мягко прикоснулся к кончикам пальцев. Девушка не выдержала, судорожно вздохнула и выдернула кисти, спрятав их под куртку. И снова Оллад посмотрел ей в глаза, чуть прищурившись.
— Я не закончил, — тем же негромким голосом сказал он. — Дай руки, забинтую. Не буду больше связывать, но если вздумаешь глупить…
— Не вздумаю, — поспешно отозвалась Нерас, не собираясь даже пытаться воспользоваться этой маленькой поблажкой.
Вокруг десять человек мужчин, сильных и настроенных к ней далеко не дружелюбно. С оружием Нери обращалась в разы хуже, чем они, да и то, с мечом, ни о каких кинжалах речи не шло. И да, самая веская