Возвращение

мере.
Они поднялись на второй этаж, и пограничник остановился перед одной из дверей, распахнув её перед пленницей:
— Заходи.
Внутри оказалось чисто, из мебели — стол, два стула, зеркало с тумбочкой под ним и кровать. Нерас шагнула в комнату и не удивилась, услышав, как Оллад зашёл за ней. Этого следовало ожидать, конечно. Леди Лэйр развернулась, проследила, как пограничник приблизился к стулу, положил на него сумку и снял куртку.
— Мы будем вместе спать? — набравшись смелости, спросила Нерас, не сводя с него настороженного взгляда.
Оллад повернулся, его глаза прогулялись по ней.
— А ты думала, по-другому будет? — он пожал плечами. — Могу связать и запереть здесь одну, такой вариант подойдёт?
Тогда уж лучше терпеть Оллада рядом. Если она всю ночь проспит связанной, утром точно встать не сможет самостоятельно.
— Н-нет, — тихо ответила пленница и обхватила себя руками.
Их разговор прервался появлением работников двора, они принесли большую деревянную бадью и вёдра с горячей водой. А ещё ширму, к недоумению и тревоге Нерас. Ей что… и мыться придётся в присутствии Оллада?! Пусть даже за ширмой? Вот тут леди Лэйр не выдержала, возмущение пересилило страх перед непредсказуемым пограничником. Она сжала кулаки и мрачно покосилась на похитителя:
— Что это значит? — буркнула Нери, эмоции бурлили внутри горячим гейзером.
— Я не оставлю тебя без присмотра, пока не доедем до замка, — спокойно сообщил Оллад и растянулся на кровати, прикрыв глаза. — Иди, мойся. Я тоже хочу, и устал за сегодня, спать охота. Завтра опять рано встаём
Нерас резко выдохнула, проглотила гневные возражения, развернулась и молча зашла за ширму. На ней уже висел кусок чистой ткани для вытирания, на краю бадьи — душистое мыло. Она достала смену одежды из своей сумки, раздражение тлело раскалёнными угольками. Нервное напряжение достигло предела, и Нерас твёрдо была намерена не допустить вольностей со стороны Оллада. Да пусть только посмеет притронуться к ней! И сейчас, и в будущем! Оставить её себе хочет, какой умный! А если она не хочет оставаться с ним? Если она к мужу хочет, и вернётся, чего бы это ни стоило? Нерас разделась, то и дело косясь в сторону кровати — ей казалось, Оллад смотрит, и пусть даже ширма непрозрачная, представляет… всякое… Леди Лэйр поджала губы, покраснела и быстро залезла в бадью, пока вода не остыла. Бесстыдник, вот он кто. И Рахерд обязательно узнает, как неподобающе себя вёл его подданный.
Нерас быстро намылилась, промыла волосы, и хотя велик был соблазн полежать подольше, понежиться в горячей водичке, она не поддалась. С Оллада станется самым наглым образом заглянуть за ширму и поинтересоваться, скоро ли она. Ещё, Нери боялась, её совсем разморит, и она прямо в воде уснёт. Лучше побыстрее перебраться на удобную кровать. Закончив с водными процедурами, девушка вытерлась, отжала волосы и заплела косу. Эх, сюда бы камин и толстый ковёр перед ним, как любила Нерас в замке — после ванной сушить волосы у огня. А ещё, иногда Рахерд приходил. Ему нравилось пропускать пряди её волос сквозь пальцы, муж не раз говорил, что у неё красивые волосы. Поспешно прогнав грустные воспоминания, Нери переоделась в чистые штаны и рубашку и вышла. Всё ещё вернётся, обязательно, надо только потерпеть немного.
— Свободно, — сухо бросила она.
Вот пока этот бугай будет плескаться, Нерас как раз заберётся в кровать, свернётся калачиком и быстренько уснёт. И ей будет всё равно, что сделает дальше Оллад. Пленница надеялась, у похитителя хватит совести не лапать и не приставать к спящей, раз уж её хватило на то, чтобы уступить Нерас ванну первой. Пограничник невозмутимо кивнул, поднялся и, прихватив сумку, направился за ширму. Бросив в ту сторону опасливый взгляд, леди Лэйр сняла сапоги и забралась под одеяло. Ни при каких обстоятельствах она не снимет с себя остальное! Тихонько вздохнув, Нери смежила веки, мысли привычно уплыли в недалёкое прошлое, когда Рахерд был рядом. Ещё раз вздохнув, Нерас мягко погрузилась в сон и даже не пошевелилась, когда Оллад лёг рядом. Правда, о том, что пограничник не соизволил надеть рубашку, оставшись только в штанах, Нери узнала уже утром.
Утром же, не совсем проснувшись и находясь под впечатлением приснившегося сна, что она дома, в замке, и приехал Рахерд, Нерас не сразу поняла: горячее мужское тело, прижимавшееся к ней, и губы, осторожно исследовавшие её шею, мужу вовсе не принадлежат. Она улыбнулась, не открывая глаз, потянулась, сонно мурлыкнув, и только услышав хрипловатый шёпот совсем не Рахерда «красотка…», резко осознала, где она и кто рядом. Нери застыла, сердце подпрыгнуло к горлу вместе с волной дурноты, глаза сами распахнулись. Она уставилась перед