Надежды на тихую старость в кругу семьи у полковника спецназа ГРУ Алексея Павловича Мещерякова, не оправдались. Новая Жизнь в мирной Украинской столице обернулась путешествиями между реальностями. Хорошо если бы только путешествиями, но опять пришлось брать в руки оружие и спасать Мир. Потеряв в последнем, решающем бою свою любимую, он был выброшен назад в свою реальность.
Авторы: Глушков Владислав
поймали этих чужестранцев в наших степях и теперь привели на твой суд.
— Подведите их ко мне.
Не дожидаясь повторного приглашения Алексей, с товарищами оставив лошадей, направились к постаменту. Несколько воинов двинулись вслед за ними.
— Мы рады приветствовать Великого Хана, — начал Алексей, приблизившись к трону. Но продолжить ему не дали.
Хан встал с трона, он был невысокого роста, с кривыми ножками. На вид ему можно было дать не более семнадцати — девятнадцати лет. Широкоскулый, круглолицый с раскосыми глазами, хан был ярким представителем своей расы. Он упёр руки в бока.
— Как ты смеешь ничтожный разговаривать со мной в таком тоне. На колени, все!
— Я уважаю ваши законы, но уверяю тебя, что наше положение в обществе не ниже твоего, Великий Хан. — Попытался Алексей разрядить надвигающуюся грозу, — и не пристало нам становиться на колени, даже перед таким Великим правителем как ты.
— Что?! Ты посмел себя со мной ровнять?! Это совсем неслыханная наглость. Стража связать!
Не успели друзья и глазом моргнуть, как их руки крепко скрутили за спиной. Оружие было отобрано и сложено на постамент, к ногам юного правителя.
— В клетку их! — Скомандовал хан, — завтра поутру казнить.
— Что-то мне наш новый поход не очень нравится, — начал Алексей, как только их кинули в небольшую клетку и оставили одних. — Каждый выскочка казнить нас намеревается.
— И, похоже, этого переубедить будет значительно сложнее, чем гнома, — согласился Владмир.
— Судя по тому, как нас спеленали. То намерения у них самые, что ни на есть серьёзные, — поддержал его Павел.
— Да связали крепко, и оружие всё отобрали, с пистолетами они, конечно, не разберутся, да и не поняли, что это такое, но оставлять при нас не стали. — Алексей попробовал немного покрутиться, в надежде немного ослабить верёвки, стягивающие руки в локтях и кистях. — Нет, ничего не получается, знают своё дело собаки. Что будем предпринимать? Какие будут предложения? Ли, ты больше знаком с их нравами. Что думаешь?
— Плохи наши дела. Если нам ни кто не поможет, то нас обязательно утром казнят. Мы попали, кажется к самому кровожадному из местных племён. Их тут множество бродит по степи. Как такового государства у них нет, и единого правителя тоже. Каждый вождь вот такого племени называет себя Великим Ханом всех Моголов, а на самом деле является вожаком небольшого племени. Здесь две надежды. Первая на нашего крылатого друга, что он надумает нам водички подкинуть и вторая на то, что сегодня ночью в эти края забредёт другое племя, тогда не избежать конфликта и под шумок можно будет попробовать уйти.
— Да перспективы, самые, что ни на есть мрачные. А кстати, я что-то не вижу нашего низкорослого друга. Куда он подевался?
— И действительно все здесь, кроме Тука, — оглянулся по сторонам Радмир. — значит, есть ещё и на него надежда.
— Эта надежда столь же невелика, как и все остальные. Совершенно непонятно куда он делся. Может его посадили в отдельную клетку, решив не путать с людьми, а может он сейчас на беседе с местным палачом и тот пытается вытрясти из него тайны сокровищниц.
— Да такие варианты тоже возможны, но я предлагаю надеяться на то. Что он в суматохе где-то затерялся и непременно придёт нам на помощь.
— Эй, вы там, в клетке, хватит болтать, — раздался снаружи голос охранявшего их воина, — не положено пленным разговаривать.
— Ты собака ещё будешь нам рассказывать, что положено, а что нет, — огрызнулся Владмир.
— Что!? Да как ты разговариваешь с воином Великого Хана, ничтожный червяк, — возмутился воин. Ещё одна такая речь и до утра ты не доживёшь, я лично отрежу твою голову и выставлю на копье сушиться.
Владмир собрался, было ответить на дерзость, но Алексей его остановил.
— Погоди, дружище, не время ещё дразнить его. Подождём, темноты, а там посмотрим, что предпринимать.
— Ладно, — согласился гвардеец, — пускай пока потешит себя мыслью о своём величии.
День шёл на убыль, солнце клонилось к закату. Жизнь в кочевом поселении потихоньку затихала. Костры горели всё ярче. В стороне, где располагалась юрта Хана, слышалось веселье. Моголы праздновали удачную охоту в степи и захват пленников. Там горели костры и факела. Но ближе к полуночи и там начало всё затихать.
— Этот народ не умерен в употреблении крепких напитков, — шептал на ухо Алексею Ли. — Это нам на руку. Я думаю, что в скорости и наш часовой приложится к бурдюку, а потом добросовестно заснёт.
— Тогда ещё ждём. Предлагаю по очереди спать. Силы будут нужны, а напасть на нас никто не должен, мы таки под охраной.
Спать было неудобно, стянутые за спиной руки уже затекли, но Алексей
