Врата в ледяной чертог

веселую мелодию радио, лепестки цветов падают вниз, как снежинки. Мне хорошо, спокойно, но вдруг черное крыло чудовища задевает цветущие ветви, омерзительный издевательский смех раздается над нами, мелькают острые, похожие на иглы зубы…
Жуткое виденье вырвало меня из сна, заставило окончательно проснуться. Только теперь я сообразила, какой страшной опасности подвергалась. Мои ноги окоченели, не желали двигаться от холода, и я добрых пятнадцать минут прыгала на месте, пытаясь согреться. Черное чудовище спасло меня, не позволило замерзнуть. Это было странно. Если бы здесь находились Кристиан или Алекс, они смогли бы объяснить, что это значило, а для меня загадка казалась неразрешимой. Потом я вспомнила, что, кажется, слышала Светкин голос. Полной уверенности не было, но в любом случае, мне следовало двигаться вперед.
— Света! Ау! Откликнись! — но ответом служил только нежный перезвон льда…
Красота ледяного дворца уже не удивляла, стала привычной, почти незаметной. Я шла вперед, не глядя по сторонам, а мои мысли вновь и вновь возвращались к черному крылатому чудовищу. Оно являлось в видениях Алекса и Кристиана, оно смеялось над нами, а в последний миг спасло мою жизнь. Чудовище приходило к разным людям и, похоже, не имело отношения к белому всаднику, оно пугало нас всех.
— Ужас… — я даже остановилась, потрясенная пришедшей на ум догадкой. — Это ужас, который скрывается в душе каждого! Слышите, я догадалась! Я — не наивная дурочка! Я тоже могу разбираться в таких вещах! Это ужас! Здесь его можно увидеть! И именно он виноват во всем! Вот в чем дело, вот в чем дело!
Наверное, так орать и исполнять танец первобытных дикарей все же не следовало. Вся надежда была на то, что меня никто не видел, а потому не смог бы назвать чокнутой. Но как бы то ни было, я, кажется, разгадала этот ребус. Ужас спас меня от смерти только потому, что мог жить лишь в душе живого человека. Ему была невыгодна моя смерть. Теперь оставалось найти это чудовище, встретиться с ним лицом к лицу. Кристиан говорил, что я смогу побороть свой страх, и я верила этому вампиру с загадочными, прекрасными глазами. Если я справлюсь с ужасом, ледяной мир растает, и все вернется на свои места.
— Эй, выходи, черная тварь!
Он затаился где-то рядом, но не желал показываться на глаза. Его присутствие выдавал и пробегавшие по моей спине мурашки и неприятный холодок под ложечкой. Но все же я была сильнее этой твари. Во всяком случае, мне очень хотелось верить в это…
— Я тебя достану!
В конце анфилады зеркальных залов мелькнула черная тень. Погоня началась. Я бежала вперед, раскатываясь на льду и стремилась как можно быстрее настичь чудовище. Зачем? Честно говоря, плана дальнейших действий не было, но я чувствовала, что должна поступить именно так. Черное чудовище сбавило темп. Оно летело над полом, распластав в воздухе свои огромные перепончатые крылья, и в его движениях уже не было прежней стремительности. Ужас устал. Кристиан не ошибся — чем уверенней я себя чувствовала, тем слабее и беспомощней становилось чудовище.
— Стой! Я приказываю тебе остановиться!
Оно повиновалось. Упало на ледяной пол, сложило крылья, превратившись в небольшой черный комочек. Стараясь не терять боевого настроя, я шагнула к поверженному чудовищу. Страх начал потихоньку овладевать сознанием, но мне удалось побороть его усилием воли. Шаг, еще шаг… Черный бугор был неподвижен. До него было метров пять, не больше, и вдруг чудовище распрямилось, взвилось вверх, как на пружине…
— Яна?
— Яна?
Между нами не было различий, стоявшая рядом девчонка оказалась точной моей копией. Я замешкалась, а потом решительно шагнула навстречу двойнику. Таинственное существо попятилось, отступило на несколько шагов, и вдруг, как пловец в воду, нырнуло в одно из ледяных зеркал.
— Стой!
Кричать было бесполезно. Двойник исчез, и о том, что случилось, напоминала только сетка трещин на блестящей зеркальной поверхности. Точно также, разбилось когда-то зеркало в нашей гостиной, в ту самую, казавшуюся теперь бесконечно далекой, новогоднюю ночь. Ужас бежал, скрылся в Зазеркалье, но я так и не поняла — окончательная это победа или просто временная передышка.

— Помогите!
Девичий голосок звучал все отчетливей, и теперь я не сомневалась, что он принадлежит Светке. Надо было поторопиться. Перед глазами промелькнуло еще несколько ледяных, озаренных голубоватым светом комнат, и вот, наконец, мне открылось величественное, ни с чем ни сравнимое зрелище. Круглое помещение было так велико, что язык не поворачивался назвать его залом, скорее оно напоминало огромный стадион, только совершенно круглый, выстроенный из ослепительно