Вражда и любовь

Мартин расчетливая, лживая женщина. Она получает то, что заслужила.
— Что вы имеете в виду?
— Наш Джейми вовсе не хотел связываться с ней, — объяснил Гоуэн. — Он давно понял и ее игру, и то, что за этой игрой стоит. Да и все, кто знает Джесси, раскусили ее уловки. Но она из кожи вон лезла, чтобы заполучить его, и мужчина не устоял против соблазна.
Я предпочла бы ничего не знать об этом.
— Я решил, что вы захотите узнать, поскольку собираетесь занять место Джесси.
Глаза Шийны так и полыхнули.
— Он не просил меня быть его любовницей, — с достоинством заявила она, Гоуэн изобразил вполне уместное смущение.
— Простите меня, дорогая девушка. Я просто пришел к заключению… То есть я имею в виду, что Джейми поклялся не жениться, пока не вступит в близкие отношения со своей нареченной.
— Я об этом уже слышала.
— Значит, он предложил вам договор на обладание? — Гоуэн усмехнулся в ответ на неохотный кивок Шийны. — Ну-ну, вот уж не думал дожить до такого. Джейми еще ни разу не встречал девушку, ради которой захотел бы взять на себя подобное обязательство.
— По-моему, право на обладание женщиной никак нельзя считать обязательством, — резко возразила Шийна. — Это всего лишь договор о безнравственном сожительстве. И я не верю…
Речь ее оборвалась, потому что чья-то рука вцепилась ей в волосы с такой небывалой силой и злобой, что кресло опрокинулось, а сама Шийна свалилась на пол.
Она не могла пошевелиться, словно все жизненные силы покинули ее. Видела над собой лишь лицо нападавшей, лицо, дико искаженное злобой, уродливый облик вместо той красоты, какая явилась Шийне прежде в образе Джесси Мартин. Рука со скрюченными пальцами и длинными ногтями тянулась к лицу Шийны, а она не находила в себе силы пошевелиться или хотя бы закричать, лишь смотрела, как приближаются к ней пальцы, похожие на когти, завороженная их движением.
Рука вдруг исчезла. Джесси отлетела назад, отброшенная толчком Джейми.
— Хватит! — проревел Джейми. — Не то я вышвырну тебя, как и собирался!
— Мне все равно! — орала Джесси. — Ты выгнал меня из-за этой уличной девки, которую приволок в дом твой братец. Почему?
— Я не обязан объяснять тебе, Джесси. Все кончено, и довольно с тебя.
— Я этого не вынесу! — визжала женщина. — Ты использовал меня, Джейми.
— Не больше, чем ты меня, — ответил он холодно. — Тебе будет заплачено за беспокойство, если именно это тебя волнует.
— Будь ты проклят, Джейми Маккиннион! — прошипела Джесси, ее зеленые глаза горели огнем. — Ты еще пожалеешь, клянусь, что пожалеешь. И она пожалеет тоже! — Джесси обратила свой убийственный взор на Шийну. — Добро пожаловать в его объятия, с тобой он обойдется точно так же, как только новая девчонка привлечет его внимание. Вероломный ублюдок!
Джейми схватил Джесси за руки и оттолкнул от себя.
— Гоуэн, прошу тебя, уведи ее отсюда. И найди кого-нибудь глухого проводить ее домой, чтобы она своим ведьминым языком не пачкала ничей слух.
Гоуэн от души забавлялся. Усмехаясь, подошел к Джесси, чтобы взять ее под руку.
— Она нуждается в том, чтобы ее утешили. Я именно тот, кто даст ей утешение, если ты, Джейми, обойдешься без меня денек-другой.
— Поступай, как тебе нравится, — ответил Джейми. — Ты сам знаешь, что делаешь.
Уводя Джесси из зала, Черный Гоуэн смеялся. Джесси шла достаточно andpn и охотно, уверенность вернулась к ней вместе с новым поклонником. Гоуэн вполуха прислушивался к ее брани. «Жестокий», «себялюбивый», «вероломный» — эти слова расслышала Шийна, пока в зале наконец все не успокоилось. Происшедшее казалось просто невероятным.
Унижение. Оскорбления. Все это так не нужно.
— Шийна.
Все ее с таким трудом сохраняемое самообладание рухнуло, едва она повернулась к Джейми.
— Как вы смели подвергнуть эту женщину такому унижению? Как вы смели подвергнуть этому меня?
Она говорила почти шепотом, но с такой яростью, что Джейми отпрянул.
— Я понятия не имел, что она устроит такое безобразие. Вам не больно?
— Нашли время спрашивать! — уже громким голосом произнесла Шийна. Вы не имеете права настаивать на том, чтобы я оставалась здесь и терпела подобные вещи!
— Я вовсе не для этого прошу вас остаться. Терпению Джейми явно приходил конец, и Шийна поспешно опустила глаза. Она боялась вызвать в нем самое страшное — неудержимый гнев.
— Я полагаю, на сегодняшний день было достаточно сделано и сказано, произнесла она очень мягко.
— Да что же это такое? — требовательным тоном спросил он. — Неужели вы хотите сказать, что уже успокоились?! Если вам хочется кричать на меня, кричите. Не скрывайте ваше истинное