Вражда и любовь

издевка. — Интересно, как ей это удастся, если ее даже нет сейчас в замке?
На лице у Джейми отразилось сразу несколько разных чувств, прежде чем он повернулся и направился к залу. Но Джесси успела остановить его, пока он не отошел слишком далеко.
— Ты напрасно потратишь время, отыскивая ее! — выкрикнула она. — Не одна я видела, как твоя драгоценная Шийна села на коня и ускакала. Но до этого она успела заявить всем и каждому, что не желает иметь с тобой ничего общего. — Джейми повернулся и бросился бегом к конюшне, а Джесси кричала ему вслед:
— Ты не можешь теперь хотеть ее, Джейми! Разве у тебя нет стыда? Нет гордости?
Но Джейми не обратил внимания на ее вопли, и Джесси кинулась в противоположном направлении. Она должна найти Черного Гоуэна и сообщить ему, что просчиталась. Джейми поскакал за своей глупой женой, он поехал за ней!
Что за невыносимый упрямец! Неужели он не видит, что эта девчонка ему не подходит? Не понимает, что может дать ему Джесси? Он попросту ослеплен, в этом все его несчастье.
Джесси ругала себя. Выходит, она осталась в замке только ради грубой похоти Черного Гоуэна. Напрасная трата времени и сил, тем более что и Гоуэну она была безразлична. С самого начала и он хотел только Шийну, пока не узнал, что она из Фергюсонов. Вечно эта Шийна! Бегая по замку в поисках Черного Гоуэна, Джесси пришла в слепую ярость, разгоравшуюся все сильнее и сильнее.

Шийна села на свою лошадь, чтобы ехать назад в замок. Но не успела она выехать со двора, как галопом примчался Джейми. Услышав топот копыт, арендатор с женой вышли из дома и замерли на месте, онемев при виде темного от гнева лица лэрда.
Шийна тоже утратила дар речи и сильно перепугалась. Она доверилась Дженет, рассказала ей, что собиралась уехать из Хайленда, и добрая женщина отговорила ее от такого поступка. Но Джейми, понятно, об этом не знал.
— Остановилась передохнуть на пути домой? — заговорил он резко и с наскоком. — Очень хорошо, что ты так поступила, вот я и отыскал тебя, прежде чем ты покинула земли Маккиннионов.
— Хорошо для кого? — осмелилась спросить Шийна. Джейми нахмурился еще сильнее, глаза у него из карих стали совсем зелеными и горели опасным огнем.
— Ты не послушалась моего предупреждения и решилась на дерзкий поступок!
— Джейми, я…
— Ты издеваешься надо мной, пренебрегаешь мной и воображаешь, что тебе это сойдет с рук? — Джейми уже не владел собой.
— Джейми!
— Нет!
Он подъехал к ней совсем близко и схватил за руку. Хотел хорошенько встряхнуть, но удержался, хотя испуг Шийны отнюдь не усмирил его гнев.
— Ты дурно воспользовалась чувством, которое я к тебе питаю, Шийна. Я с тобой мягок, и ты решила, что можешь позволить себе что угодно! — кричал Джейми. — Ты моя жена! И никакие извинения меня не успокоят!
Шийна вырвала у Джейми свою руку. Упрямо вздернула подбородок.
— В таком случае я не собираюсь приносить их! — крикнула она в ответ.
Она собиралась все объяснить ему. Сказать, что передумала, но его тирада сделала разговор невозможным. Теперь она отказалась от попыток. — У нее тоже есть гордость.
— Я не позволю увезти себя назад! — заявила она твердо. — И не стану жить с таким высокомерным и грубым негодяем!
Джейми опалил ее взглядом и сжал кулаки. Он боролся, старался справиться с собой — и победил. Когда он заговорил снова, голос у него был спокойный, даже слишком спокойный:
— Я здесь не затем, чтобы увезти тебя назад, Шийна.
— Я не понимаю…
— Ты моя жена, и этого не изменишь. Но я больше не намерен терпеть от тебя унижения. Ты оскорбила меня в последний раз, Шийна. Я не хочу увозить тебя в замок, ибо не сумел дать тебе счастья, видит Бог.
Грудь у Шийны стеснилась, на глаза набежали слезы.
— Ты… ты позволишь мне уехать? — тихо, с трудом выговаривая слова, произнесла она.
— Нет, Шийна. — Голос Джейми звучал сдавленно, словно он прилагал все силы, чтобы сохранить самообладание. — Это я запрещаю. Ты теперь носишь имя Маккиннионов и будешь жить на их земле. Я построю тебе жилище. Ты станешь жить там одна, как и хотела. Можешь возделывать землю, если угодно. Во всяком случае, я не допущу, чтобы ты голодала. Шийна не верила своим ушам.
— Джейми, ты не можешь так поступить.
— Я и сам не думал, что когда-нибудь произнесу такие слова, но ты с самого начала твердила, что не хочешь иметь со мной ничего общего. И наконец я тебе поверил.
Шийна изо всех сил старалась сдержать слезы и ярость.
Как он мог?
— Ты удерживаешь меня при себе как свою жену, но намерен опозорить, поселив отдельно? Думаешь, что ты можешь себе это