Вражда и любовь

вас нет воды? Мы могли бы бороться с огнем.
Дженет подошла к ней с ведром воды. У Шийны уже занялось платье, и Дженет загасила огонь. Она была гораздо спокойнее, чем Шийна и Рой.
— Она права. Рой. Тебе нельзя выходить.
— У нас больше нет воды, Дженет!
— Я знаю. Но есть другой способ. Погреб… Так больше вероятности выжить, чем если ты выйдешь к ним. Они тебя изрубят в куски. Делай, как я говорю, муженек!
— Огонь все равно доберется до нас, — твердил он, а Дженет уже подталкивала его к крышке погреба.
— Может, и доберется, — согласилась Дженет, стараясь говорить как можно спокойнее ради их общего спасения.. — Но не так скоро. Открывай погреб и залезай туда, — велела она, выливая остатки воды на доски. — И вы, милая. Быстрее…
Погреб был узкий, только-только одному человеку поместиться между полками на стенах. Но он был глубокий, ступеньки уходили далеко в землю. Рой спустился. За ним последовала Шийна. Дженет сошла последней и опустила за собой крышку. Они тесно прижались друг к другу — Рой у самой стенки, Дженет скрючилась на лестнице, Шийна втиснулась между ними. Дышать стало трудно.
— Говорила я тебе, Рой, что надо рыть погреб побольше! — пошутила Дженет, понимая, в каком страхе ее товарищи по несчастью.
— Какая разница, если мы все равно в могиле, — отозвался Рой.
Огонь разгорался быстро. Они это слышали. Шийне не верилось, что помощь придет вовремя, но она должна была верить, что придет.
Рой все больше и больше возбуждался:
— Дженет, довольно! Они уже уехали. Давай выбираться отсюда!
— Они-то, может, и уехали, да огонь здесь. Нам остается только ждать, пока он малость поутихнет.
Возможно, так бы и вышло, если бы часть кровли не рухнула прямо на крышку погреба. Дженет попыталась открыть ее. Та даже не шевельнулась. Сквозь щели пробивался ярко-белый свет. Они не видели дыма, но чувствовали его запах и вкус, глаза жгло. Дышать было почти невозможно.
Как долго небольшое количество воды на крышке будет препятствовать огню? Как долго, прежде чем доски рухнут на них?
Шийна спрашивала себя, почему Джейми обрек ее на это. Ей было ужасно жаль Дженет и Роя. Уж эти-то добрые души в чем повинны?

Джейми как бешеный мчался по предгорью. Когда ему сказали о пожаре и о том, чей дом горит, он не мог поверить. Не в силах был осознать, даже увидев собственными глазами. Пламя ослабело, но все еще жадно лизало то, что не успело догореть.
Джейми не помня себя бросился растаскивать охваченные огнем куски дерева и обломки, моля, хоть и без всяких оснований, чтобы Шийна оказалась жива, чтобы он нашел ее, чтобы она не погибла, только бы не погибла…
— Может, ты теперь понимаешь, что я чувствовал, когда таким образом погибла моя сестра, — донесся до Джейми спокойный голос Черного Гоуэна.
— Она не умерла! — крикнул он. — И если ты здесь не затем, чтобы найти ее, поди прочь!
Гоуэн отскочил и налетел на Колина, который прискакал в эту минуту.
— Джейми потерял рассудок, — сказал Гоуэн. — Постарайся вытащить его оттуда, иначе мы потеряем и его.
Колин не обратил на него никакого внимания и приказал людям, которые приехали вместе с ним, принять участие в поисках. Сам он последовал за ними. Гоуэн покачал головой и отошел в сторону. Как ни ненавидел он Шийну, он не желал ей подобной смерти — даже в отместку за гибель сестры.
Каждый булыжник, каждый кусок обгорелого дерева были отброшены. Искали тела, но никто бы не выжил, попав в такой огонь. Джейми почти обезумел, но оставшаяся у него малая крупица здравого смысла требовала действия. Он не поверит, что она мертва, пока не найдет тело.
Возбуждение охватило всех, когда нашли деревянную крышку, обгоревшую, но целую. Спеша добраться до нее, Джейми отшвыривал других в сторону. Он сам поднял ее. Там находились три тела, лица у всех были закрыты одеждой. Все трое неподвижны. Неподвижны! Джейми и сам был не в силах двигаться. Не мог дышать. Но вдруг кто-то из троих кашлянул — едва слышно, — и теперь Джейми действовал с лихорадочной быстротой.
Он поднял Дженет и передал ее Колину, потом поднял на руки Шийну и вынес ее из обгоревших останков дома, предоставив остальным позаботиться о Рое. Слезы градом лились у него по лицу, когда он уложил Шийну на землю в стороне от пожарища. Никто не приближался к Джейми. Стояли поодаль и смотрели, как он опустился возле нее на колени, тряс ее, шлепал по щекам и выкрикивал то молитвы, то проклятия.
Первой мыслью Шийны, когда она очнулась, было, что огонь добрался до нее, потому что легкие ей жгло. Потом начался кашель, такой сильный, что трудно было вздохнуть. Но все же она вдохнула немного свежего воздуха, прохладного