Говорят, жить надо так, чтобы после смерти боги предложили тебе повторить. Если так, то это определенно был тот самый случай. Случай и воля древнего божества, занесшего бывшего военного инструктора в тело четырнадцатилетнего подростка с советом-наказом продолжать «учительствовать». Вот только где найти время на столь благородное дело, когда вокруг закручиваются какие-то непонятные, но явственно попахивающие опасностью интриги. Нежданно обретенная родня так и норовит подкинуть неприятностей, а то и просто спалить к чертям, пользуясь Даром и фамильной склонностью к Пламени, а давно сгинувшие родители его «нового» тела даже после смерти умудряются подкидывать сюрпризы.
Авторы: Антон Демченко
— Охрана, разведка, свободная охота. — Пожал я плечами, — что подвернётся, на том и будут оттачивать полученные навыки.
— Зная тебя, могу предположить, что «подвернётся» им исключительно то, что ты сам захочешь. Не так ли? — Голос Бестужева стал вкрадчивым. Прощупывает возможность влияния? Хм, ну, как отца красавицы-дочери, я его понимаю, а вот как учитель…
— А это уже как пойдёт, Валентин Эдуардович. — Не менее елейным тоном ответил я. Бестужев моргнул. Что, облом? А вот не надо лезть в учебный процесс. Я этого и в школе не намерен позволять, если она состоится, а уж в личном обучении и подавно.
— Я понял тебя, Кирилл. — Вздохнув, кивнул мой собеседник. — Надеюсь только, что твоя забота об учениках…
Я приподнял бровь. Будь на месте Бестужева незнакомый мне человек, и уже через час по окончании этой фразы, он получил бы картель, оформленный по всем правилам здешних обычаев и традиций. Сомнение в учителе, когда заказчик УЖЕ отдал ему в обучение своего человека, будь то родственника или подчинённого, это, как минимум, повод для разрыва ряда, а максимум — оскорбление, смываемое кровью, как ни пафосно это звучит. И дело здесь не в моей кровожадности, наглости или обидчивости, ничего подобного. Просто, как учитель, я не имею права не отреагировать на подобные слова. Глупость? Нет, традиция, на которую нельзя плюнуть. Ученики мне достались по такому же замшелому обычаю, давно считающемуся пережитком эпохи и чуть ли не варварством. И здесь, как говорится, сказал «А», говори «Б». Другими словами, раз уж выкопали подобный анахронизм из глубины седых веков, то и придерживаться его надо от и до. Иначе, грош цена всей затее с личным ученичеством.
И кажется, Бестужев вовремя вспомнил о том же самом. Фразу не договорил, и можно считать, что ничего не было. Ну, мелкое неудобство, скажем так… не больше. Уже хорошо.
— Прости, Кирилл. Чуть хе…ню не спорол. — Бестужев откинулся на спинку огромного, обитого скрипучей кожей, кресла.
— Проехали. — Махнул я рукой. — Вы отец и беспокоитесь за свою дочь, не вижу здесь ничего оскорбительного.
После поездок к Посадским и Громовым, Жорик пропал из виду любых возможных наблюдателей, чтобы объявиться в Липином Бору как раз в тот момент, когда мы с Ингой перешли от повторения расширенного рунного «алфавита» к составлению на его основе простейших цепочек — рунескриптов. Объявился и тут же был припахан к чтению лекций на тему рунных воздействий.
Как и Георгий, его сестра почти лишена дара, ей даже статус «новика» не светит, не говорю о чём-то большем. С чувствительностью к Эфиру, у девочки тоже дела обстоят не очень хорошо. Бывает… таких людей в этом мире, вообще-то, большинство. Но кто сказал, что этот недостаток мешает в освоении рунных воздействий? Никто. Вот ими-то мы и занимались, тем более, что ещё со времён нашей беготни от боярского мятежа, я заметил, что Инга очень интересуется этой темой. На складах «Девяточки» её от рунных систем за хвост было не оттащить. Так что, когда я, со скуки, предложил ей занятия по этой теме, сестрица Жорика ухватилась за идею руками и ногами… а у меня резко поубавилось свободного времени, которого, как я вскоре понял, было и так не слишком много, особенно учитывая мой постоянный присмотр за похождениями учениц в «глухих и страшных лесах».
Но помимо обучения сестрицы Жорика рунике, есть у меня одна идея, появившаяся, когда я увидел с каким упорством Инга учится. Идея, которую мне очень хотелось бы проверить. Не сейчас, конечно, пока девчушка слишком мала, но года через два-три, я хотел бы заполучить её в ученики. Зачем? Здесь считается, что любой одарённый теоретически способен развиться в «гранда», а я, вспоминая своих учеников в прошлом мире, предполагаю, что даже лишённый дара человек может добиться успехов в оперировании Эфиром. Больших или малых, это уже другой вопрос, наверняка, там найдутся свои ограничения… но есть у меня подозрение, что поставленная задача вполне выполнима. Вот, воплощением этой идеи в жизнь я и займусь, но так, чтоб клубные придурки нас не зашибли, как «рэволюционэров». Или Рюриковичи головы не открутили… во избежание, так сказать. Об иезуитах вообще молчу. Этим, в принципе, любой одарённый, не воспитанный под присмотром Нового Ватикана, как кость в горле. А ведь есть ещё ребятки, что устроили охоту на эфирников. В общем, здесь нужно действовать без шума, болтовни и не торопясь. Тихой сапой.
— Я нашёл. — Ворвавшийся в беседку, Георгий ткнул в невидимый нам с Ингой, экран коммуникатора, и мой браслет
