Вот бывает же так в жизни: ты живешь себе, никого не трогаешь. О принце на белом коне не мечтаешь, большая и чистая может подождать, если тебе только двадцать лет и как говорится, все еще успеется. Но в один прекрасный день все меняется кардинальным образом: ты просыпаешься в одной постели со своим принцем, а большая и чистая стучится в дверь, настойчиво требуя впустить ее. И уже никто не спрашивает, чего желаешь ты, главное, что ты — это все, что желает твой принц.
Авторы: Заблоцкая Виктория Валерьевна
даже если я упаду перед ней на колени и буду слезно умолять.
— Вредина. — я не удержалась, чтоб не показать сестре язык.
— Кто еще из нас тут вредина. Вот, наденешь это.
Женя протянула мне шорты и майку на тоненьких бретельках. Блин, что-то в последнее время все указывают мне, как одеваться.
— Может, вы мне еще мастер класс дадите, как вести себя?
— Ах, да. — К моему удивлению девчонки тут же подхватили эту идею и стали на перебой давать свои полезные советы. — И главное, когда останетесь одни ты смотри ему прямо в глаза. Зрительный контакт — он о многом говорит.
— Да, брось, женские глаза это последнее на что смотрит мужчина, который тебя хочет. Ты лучше губы облизывай, акцентируй на них внимание, и дуй, и вот так делай. — Женя сделала губки бантиком.
— И как умалишенная хлопать ресницами. — Я уже и не знала о чем думать, то ли они это в серьез, то ли прикалываются надо мной. — Девочки, вы о чем мне толкуете? Я хочу, чтоб Никита видел во мне адекватного человека, а не безмозглую фифу, вечно хлопающую глазками и строящую губки бантиком.
— Извини, увлеклись. — Виновато ответила Катя.
— И хватит меня уже поучать, а то пока придет Королев, я заикой с вами стану. И нечего на меня так смотреть.
— Не благодарная ты, Маруся. Стараешься тут для тебя, а ты? — обижено надув губы ответила Евгения.
— А что я? Я вас об этом не просила. Кожу с меня живьем содрать хотели, критикуете мое белье, учите, как вести себя. Все-все, кыш, дальше я сама.
— Пойдем, Катерина, нам здесь не рады. — Сестра подхватила подругу под руку и, гордо вздернув подбородок, пошла к двери. — Отопьем чайку, пока барышня самовольничать изволят.
Закрыв за ними двери, я прислонилась спиной к стенке. Слава Богу, и где только таких ненормальных взяли. Нет, они, елки, сами пришли. Косметологи-практикантки, что б их…
И вот через полчаса я была готова. Сама, без каких-либо помощников и советчиков. Придирчиво оглядела себя в зеркало и, решив, что выгляжу вполне сносно, улыбнулась. По квартире разлилась трель дверного звонка и я тут же вздрогнула, сердце пропустило один удар, а к лицу подступил жар. Негромко постучавшись, в комнату вошла Катя. Улыбнувшись, она ободряюще обняла меня за плечи:
— Нервничаешь?
— Немножко, — призналась я, глядя на наши отражения в зеркале.
— Не переживай все будет хорошо. Никита, судя по всему, очень хороший парень.
— Хороший. В том-то и дело, что таких я еще не встречала. И порой даже не знаю, как себя с ним вести, он такой наглый, всю любит делать по-своему. Даже свиданием мне назначил как-то не по-человечески.
— Повезло тебе, Мариш. Сразу видно, что Никита твой, настоящий мужчина, такой точно знает, чего он хочет и твердо идет к своей цели, не то, что некоторые.
— Ты про Виталика? — поинтересовалась я, уловив нотку грусти в ее голосе.
— Да нет. Виталик уже в прошлом. И ты знаешь, я очень этому рада.
— У тебя кто-то появился?
— Э, нет. Никого нет. — Не уверенно как-то, но на расспросы не было времени.
— Ну, ладно. Все, я пошла, у меня как никак свидание и на положенные пять минут я уже на него опаздываю.
Поцеловав Катю в щечку, я подошла к двери и на мгновение замерла, прислушиваясь к разговорам в коридоре. Женька открыла Никите двери.
— Барышня лягли и просють! — торжественно объявила сестренка.
— Не понял? — Королев явно остолбенел от такого заявления.
— Заходи, говорю, непонятливый. — Женя пропустила его вовнутрь.
— Марина, готова?
— А как же. Стараниями твоей покорной слуги.
— Не сомневаюсь. — Хмыкнул мужчина.
— А букет шикарный, — похвалила Евгения. — Купил там, где я тебе говорила?
Вот же ж лисы, спелись за моей спиной.
— Да, продавщица мне еще скидку сделала.
— Вот и отлично. Ну, с богом. Надеюсь, не поубиваете друг друга.
— Вряд ли, я настроен на иной расклад.
— Ох, только подробностей мне здесь не нужно.
Я глубоко вдохнула и выдохнула. Господи, ведь это всего лишь Никита Королев. Мальчик с нашего двора. Я знала его уже с самого моего рождения, пусть мы и не виделись целых пятнадцать лет, но я еще помню его худощавым мальчишкой, со сбитыми коленками и фингалом под глазом. Это он учил меня выговаривать букву «р» и читать, а еще он катал меня на велосипеде и однажды прогнал собаку, которая жила у нас во дворе и любила гоняться за маленькими детишками, пугая их до смерти. Ну и пусть, что я порой бывала невыносимой занозой в заднице, я походу таковой и осталась. Но он казался мне самым храбрым, самым умным и самым красивым. Неужели те чувства не остыли? Моя детская влюбленность превратилась во что-то большее? И проходила ли она вообще когда-нибудь? Толком во всем этом я еще не разобралась. Да
