Все, что я желал

вызвал в свой кабинет. Так что я пока холостячка.
— Эй, холостячка, я все еще жду от тебя подробный отчет. — Легонько толкнув подругу в бок, потребовала я.
— Цыц, женщины, — прикрикнула на нас Женя. — Слушайте, а то потом не мужики страдать будут, а вы.
Мы повернулись в сторону сцены, где парни во всей своей красе взирали на толпу, которая постоянно выкрикивала какие-то пожелания и подбадривания.
— Ну, что ж именинника поздравляем с днем рождения, — произнес Ярик, чем вызвал широкую улыбку на лице Дениса. — Но расслабляться, пока не стоит. По правилам, нам нужны еще и девушки. И сегодняшний отбор претенденток на эти накаченные мужские тела у нас тоже будет не обычный. Мы проведем аукцион, и парня получит та, которая больше всего заплатит за понравившегося участника. А вырученные деньги уйдут в призовой фонд победителей.
Зал взорвался. Честно, я чуть не оглохла от того ультразвука, которым завизжали присутствующие девушки в предвкушении потанцевать с такими красавчиками.
— Жень, а ты это не слишком? — поинтересовалась Катерина, стараясь перекричать ревущую толпу. — А то смотри, какие у наших мальчиков лица. Ну, кроме Дениса и Славки, эти довольны, как мартовские коты.
— Не волнуйся, — рассмеялась сестра. — Через десять минут, они пожалеют, что вообще сюда пришли.
И тут начался аукцион. Славу и Матвея разобрали быстро, счастливые обладательницы этих экземпляров, чуть ли не подпрыгивая до потолка, вертелись, словно в попу ужаленные вокруг парней. Теперь ди-джей торговался за Дениса. А вот за братца давали уже побольше, чем за этих двух.
— Интересно, а почему это его девушка не выкупает танец с именинником? — недоумевала Женька, оглядываясь в поисках этой самой девушки.
— Жень, да она же без сумочки пришла, откуда у нее деньги. Неужели ты думаешь, что они у нее из декольте трансформируются?
— Катя, ты должна выкупить танец с Денисом, — огорошила «радостной» вестью сестра мою подругу.
Та во все глаза уставилась на Женю, точно у нее вместо одной головы, вдруг выросла вторая.
— Эм, как бы это помягче выразиться, чтобы тебя не обидеть, — растягивая каждое слово, протянула Катерина. — А на хрен мне это надо?
— Кать, ну, если он будет танцевать с какой-то девицей, это будет не так интересно, как с тобой. Я уже предвкушаю, в каком он будет бешенстве. Ну, пожалуйста, — заклянчила сестра.
А я только с улыбкой на губах наблюдала за ними и по виду Кати понимала, что эта затея ее ничуть не прельщала. Танцевать у всех на виду, а тем более с Денисом — это нонсенс для нее.
— Прости, Жень, но как-то не хочется, — отрезала Катерина. — Кроме того, я вроде как уже занята.
— Катюнь, Стаса я беру на себя. Ладно, если ты выкупишь танец с Денисом, я так и быть подарю тебе недельный абонемент в спа-салон.
Вот это расщедрилась сестренка. Хотя какая уважающая себя девушка откажется от халявной возможности целую неделю пользоваться всеми прелестями расслабляющего отдыха: солярий, массаж, сауна и прочее, прочее — красота.
— Ладно, черт с тобой, у меня, кажется, где-то десятка завалялась, — махнув рукой, подруга открыла сумочку и стала рыться в ней в поисках какой-нибудь наличности.
— Ка-а-ать, — позвала я. — За Дёню уже сотку дают.
— Твою ж… Вот это счастье привалило, — сымитировав голос домовенка Кузи, Катя скомандовала. — Пошли. Нам нужно еще всех этих куриц в стороны разгрести.
А в это время цена за танец с моим братом поднялась до ста пятидесяти гривен. И Ярик начал отсчет до трех, на цифре два Катя выкрикнула, что дает за Дениса сто пятьдесят одну гривну. Не, ну она издевается что ли. Я перевела взгляд на Дэна. Он, устремив взгляд в толпу, нахмурился, узнав, кто именно пытается выкупить танец с ним.
— Сто шестьдесят, — выкрикнула какая-то дамочка из заднего ряда.
— Сто шестьдесят одна, — перебила ее цену Катя.
— Сто семьдесят, — был ответ.
— Сто семьдесят один.
— Сто восемьдесят.
— Черт с ним! Пятьсот!
Это была окончательная сумма. Конкурентка тут же скисла, наверное, в ее планы не входило так тратиться на сегодня.
— Продано! — оповестил всех ди-джей и подал руку, помогая девушке подняться на сцену. Катя подошла к хмурому Денису и что-то шепнула ему на ухо. Тот ответил ей, прожигая взглядом, но только вот мою подружку не смутить такой откровенной неприязнью.
Теперь настала очередь Ника. Я, прикусив губу, наблюдала за тем, как дамочки наперебой выкрикивали свои цены, и поняла, что никому его не отдам. Пусть этот конкурс планировался, как месть за то, что мальчики смеялись над нами, смотреть на то, как какая-то девица будет крутиться около него — оказалось выше моих сил. И после того, как очередная дамочка назвала